вверх
Сегодня: 25.05.19
4.png

Евгений Шаповалов: Исповедь русофоба

Я ненавижу Россию. Да. Я на днях задумался и понял это со всей ужасающей ясностью. Я окинул усталым взглядом историю наших отношений и понял, что ненависть – главное, что нас связывает.

 

Для начала, ненавижу саму территорию. Россияне гордятся объемом территории, но стараемся не замечать, что 70 процентов ее изначально непригодны для жизни, а те проценты, что пригодны, - непригодны усилиями живущих.

 

Вот, например, Финляндия славится экологией. А отжатая у нее Карелия – наоборот, зона экологического бедствия. Вы знаете, что «ОАО «Карельский окатыш», например, незаконно сбрасывает стоки в озеро Окуневое»? Это очень показательно - стоит выехать из покрытой густым лесом живописной Финляндии, как сразу – раз! - и оказываешься в Горгороте (это у Толкина такое безжизненное плато в Мордоре). Реально как в сказке. И к каждому озеру российские орки пристраивают свой окатыш на погибель окуням, а деревья вырубают сотнями гектаров либо на продажу, либо под шоссе.

 

Если 2 граничащих региона резко отличаются по уровню экологии (а также по уровню жизни и гражданским свободам) – при прочих равных – то напрашивается вывод, что проблема, видимо, в людях. Так вот, я их тоже ненавижу. Ненавижу русский народ. Во-первых, за вышеописанные озера. Во-вторых, чтобы убедиться, каков народ, достаточно взглянуть на срез его элит. Сам факт, что за жуликов и воров голосует полстраны, красноречиво свидетельствует, что мне с этой страной не по пути. У этих людей заниженная нравственная планка. Они в курсе, что их обкрадывают, но понимают, что на их месте делали бы то же самое, поэтому закрывают на это глаза и общими силами противостоят мифическим «пиндосам».

 

Шансон – самая отстойная музыка на земле, но «Радио Шансон» - самая популярная радиостанция Москвы. Когда я говорю кому-нибудь, что играю в фанк-группе, в ответ часто слышу: «Фанк? В России? Хаха!» У русских отвратительный вкус к музыке, и если бы я разбирался в моде и визуальных искусствах, то наверняка нашел бы и там причины для ненависти.

 

Я ненавижу российских богачей, которые этот шансон потребляют на своих омерзительных торжествах, и российскую бедноту, которая тоже его потребляет, а со своим униженным социальным положением ничего не делает, потому что «голосует сердцем».

 

Ненавижу я и духовную элиту российского общества, которая считает всю страну своей епархией, ездит по людям на внедорожниках, а потом является в суд в церковном облачении и на ходу измышляет богословские догматы про нанопыль и кощунников. Я бы сказал, что ненавижу и русского православного Бога, который якобы управляет миром. Я бы сказал, что ненавижу Бога, который никак не вмешался в массовый геноцид миллионов людей в 20 веке, но каждую весну находит время, чтобы спуститься виде святого огня в Иерусалиме на радость кликушам. Я бы сказал это, потому что он предстает как злое божество, чья милость сводится к формальным проявлениям. Но управляющего миром всемогущего антропоморфного бога, очевидно, не существует (по крайней мере, надеюсь на это). Поэтому ненавижу лишь тех, кто навязывает мне эту рабскую, лишенную ясности и логики изуверскую религию.

 

В России, конечно, есть ряд достойных людей, которые радеют за экологию, борются за демократию и исповедуют общечеловеческие ценности гуманизма. Но они не составляют соль земли русской, они не имманентны ее сущности. Они страшно далеки от народа и все яснее, что к России имеют мало отношения. Как, впрочем, и я. Так что будьте покойны. Я чувствую, недолго осталось досаждать россиянам своими гневными памфлетами, и уже скоро мы поплывем из этого града обреченного на очередном философском пароходе к благословенным эльфийским берегам.

 

Источник: http://www.maximonline.ru



Добавить комментарий

Защитный код
Обновить


"Иркутские кулуары" - уникальный случай соединения анархо-хулиганского стиля с серьезной содержательностью и ненавязчивой, то есть не переходящей в гламур, глянцевостью. В кулуары обычно тихонько заглядывают. А тут нечто особенное - журнал не заглядывает в кулуары иркутской жизни, а нагло вваливается туда. И не для того, чтобы тихонько поподглядывать, а для того, чтобы громко поорать.

Сергей Шмидт, кандидат исторических наук