вверх
Сегодня: 17.09.21
13.png

Иринины «былицы»

 

 

 

 

Ирина Бухалова – дитя телевидения. В том смысле, что телевизионное дитя. Ее мама, Дея Васильевна Солодова, была режиссером ТВ. Ирина Вадимовна – тоже режиссер. А это не просто профессия, это, надо сказать, образ жизни, в которой на каждом шагу что-нибудь да происходит – только успевай записывать! И хорошо, что Ира не ленилась записывать те истории, которые теперь можно назвать байками – и теперь, благодаря ей, мы можем вспомнить, а кто-то и узнать, как раньше работали на областном телевидении, что снимали, над чем смеялись… Ну, поехали!!! 

 

 

Телевидение и мы

 

Как это было? Примерно так… Каждый, кто был связан с телевидением, может рассказывать разного рода небылицы, или «былицы», как ЭТО  ВСЁ было на самом деле. Не в кадре, который видят телезрители, а за ним… За той «любопытной дверцей», именуемой кинескопом. Или экраном. В общем, где-то там, куда простому зрителю не войти. И не увидеть. И не услышать! Попробую восстановить в памяти весёлые, а может быть, грустные ситуации нашего телевизионного дома. Пусть будет «Ералаш», но не детский юмористический журнал, который мы знаем, а настоящий взрослый «журналюга». В смысле, журнал. Итак, листаем! 

 

 

 

Рояль 

 

В большом телевизионном павильоне всегда стоял рояль. Это был чудесный инструмент знаменитой немецкой  фирмы.  Над крышкой рояля надпись латинскими буквами – BLUTHNER. Знак качества инструмента. При открытии телевизионных центров по всей стране вместе с технической аппаратурой в обязательном порядке поставлялся рояль.  В  далекие времена прошлого века на телевидение приглашались исполнители-виртуозы с сольными концертами. Передача так и называлась: «Концертный зал».  Каждую неделю областная филармония привозила музыкантов на программу. Это были не только пианисты, скрипачи, баянисты и так далее, то есть солисты-инструменталисты. Но и   различные вокалисты, хоры, оркестры, инструментальные ансамбли. Так что наш красивый чёрный рояль жил полной музыкальной жизнью практически без перерыва. 

 

Стоял красавец-рояль на трёх резных ногах. А колёсики у этих ног были очень миниатюрными. Почти незаметными.  Рояль всё время катался по павильону. Надо было освобождать место в центре для других передач. И тогда  BLUTHER прятался под студийной лестницей. От таких постоянных переездов спустя годы два колёсика у рояля неожиданно отвалились… Понятно, требовался ремонт. И как можно быстрее! Ведь концерты идут каждую неделю.

 

 Рояль с волшебными ножками

 

 

И заказали колёса для этого рояля аж на Иркутском авиазаводе! Попросили ускорить изготовление. Намекнули, что изделия должны быть прочными. То есть, больше не отваливаться.  

 

Сказано – сделано! Авиаторы к необычному заказу отнеслись со всей душой! Колёса сделали, отправили, у нас их получили, прикрутили, работой все были довольны!!!  Первыми увидели это «чудо техники» работники декорационно-постановочного цеха.  

 

Когда стоявший под лестницей и накрытый чехлом красавец BLUTHNER в день эфира очередного концерта рабочие выкатили в центр студии, в павильоне образовалась та самая немая пауза…. Без звука…  

 

Перед нами стоял рояль. Но колёса у него были величиной с хороший водопроводный вентиль 20 сантиметров в диаметре! Причём сталь, из которой были сделаны эти колёса, сверкала намного больше, чем полировка рояля…   

 

Мы были в шоке от такого преображения нашего коллеги-инструмента… Я, как режиссёр будущего концерта, лихорадочно думала, какие планы показывать в эфир, обходя традиционный «общий», с колёсами? 

 

И тут в павильон вошёл оператор Михаил Бялоус.  Большой юморист, прекрасный мастер своего дела, умеющий находить выход из любой телевизионной нештатной ситуации. 

 

 Он, увидев рояль в комплекте с колёсами, воскликнул: «Чтоб я так жил, как эти ноги у рояля!» Это получилось так естественно, так  просто, что мы все громко засмеялись! Когда смех прошел, стали думать, как смягчить нереальный блеск «колёсиков»… И Миша применил свой опыт телевизионного оператора! Взял коробку мела и начал натирать «стальных красавцев». Общими усилиями злополучные колёса стали менее блестящими.  Значит, особо на них никто не обратит внимание.

 

 Михаил Бялоус, оператор

 

 

И, действительно, когда в павильон вошёл пианист, сегодня я не помню  его фамилию, он быстро прошёл к роялю и начал репетицию. 

 

Вот такая история… Чёрный рояль служил нам ещё десятилетие, а потом ему на смену в студию прибыл новенький BLUTHNER, но уже красного цвета. Это правильно. Ведь телевидение давно стало цветным! 

 

P. S. Если вы спросите меня: «Где сейчас эти рояли»? - я не найду ответа.  Исчезли. И с экрана. И из павильона.

 

Наверное, колёса были всё-таки хорошие! 

 

 

«Нельзя в этой жизни гореть вполнакала…» 

 

В восьмидесятые годы прошлого века была у нас на телевидении молодёжная программа. Одна из многих, конечно. Называлась она «Клуб молодёжи «Контакт». Автором этой программы был журналист Алексей Чесноков. Творческий  парень, заводной, искромётный! Он работал на иркутском телевидении лет пять, а потом уехал в Москву. И там продолжил журналистскую карьеру. Но это совсем другая история. 

В нашем клубе встречались молодые люди разных профессий, студенты, рассказывали о себе, своём творчестве, работе, увлечениях. Мы старались разнообразить программу всеми возможными телевизионными средствами. Выезжали на ПТС – передвижной телевизионной станции в разные учреждения, театры, библиотеки, молодежные клубы, которые были в то время в нашем городе. И конечно, очень любили съёмки на натуре. Когда природа помогает, вдохновляет, очаровывает! 

 

 В курсе всех дел с редактором Алексеем Чесноковым, 1980 год

 

 

Однажды мы запланировали выезд на 21 км Байкальского тракта на турбазу «Ангара». Кажется, так она называлась.

 

 Нас интересовала даже не сама база, а природа вокруг. Возможность выхода к заливу, лес, много неба над головой. Потому что в передаче участвовали ребята яхтсмены, всадники с ипподрома, какие-то туристы и только что приехавший из Москвы участник Всероссийского конкурса молодых исполнителей певец из Ангарска Михаил Серышев. На конкурсе он стал Лауреатом третьей премии. Для представителя Сибири это большая удача. 

 

Песня, которую Михаил исполнял на конкурсе, была довольно известной в те годы. Авторы Роберт Рождественский и Юрий Саульский – «Зову Икара».  Пели эту песню разные исполнители практически на каждом конкурсе.  

 

Я не говорю о профессиональных исполнителях. А это были и Валерий Леонтьев, и София Ротару. Песня действительно красивая, патриотичная, мощная.

 

Участники съёмок собирались постепенно. Сначала прибыли туристы. Они тут же нашли какие-то поваленные деревья в лесу, притащили их на площадку, устроились, развели костер на берегу и начали вспоминать свои походы. Я уже точно не помню, почему именно они стали участниками программы. Наверное, тоже были на каком-нибудь значительном слёте и стали победителями. Но не это главное. Хорошо, что мы записали их первыми! 

 

Потому что погода начала заметно портиться. Поднимался ветерок, собирались тучки. 

 

Костёр загасили. Бревна утащили обратно в лес.  

 

Следом на съёмочную площадку прибыли всадники. С лошадьми.

 

Лошадей три. Всадников тоже трое. Но всадники на легковой машине, а лошади…. На грузовой! И все бы ничего, но!!! Оказалось, что всадники забыли специальный помост, по которому лошади заходят и спускаются с грузовика. Что прикажете делать? Как спускать лошадей на землю? Возвращаться на ипподром – терять время. А тучи сгущаются. А ветер усиливается. А яхты ещё не показались на горизонте… 

 

А техника телевизионная простаивает!! И тут на помощь пришли туристы. Предложили поехать в лес и найти какой-нибудь пригорок, чтобы спустить там лошадей. Немного погодя подъехал Михаил Серышев. 

 

 

 Пока лошади ищут землю, мы решили снять песню «Зову Икара» в исполнении Михаила. Для записи этой песни был специально привезён железный куб высотой полтора метра и площадью три квадратных метра. На этот куб встал Михаил, получились красивые планы на фоне неба, облаков, воды, то, что нужно для показа песни! Ведь Икар летал, как вы знаете.

 

Зазвучала фонограмма, началась съёмка. Михаил красивый молодой человек, прекрасный артист, он был в те годы солистом известного в области вокально-инструментального ансамбля «Баргузины», свою задачу понимал четко и ясно. Подать песню во всём её величии, сделать маленький музыкальный спектакль. И это у него получилось. Съёмочная группа тоже работала вдохновенно, мы любили красивые планы, микшерные  переходы, двойные наложения, да мало ли возможностей есть у режиссёра за пультом!  

 

 Михаил Серышев сейчас

 

 

И вдруг, почти в самом конце исполнения Михаил начинает делать руками какие-то движения, хвататься за голову, за уши, машет руками, дескать, стоп съёмка… 

 

А так было красиво! Но если съёмка остановлена, значит надо начинать заново. Мы ведь снимаем, как сейчас говорят, онлайн! Спрашиваю у операторов, что же случилось на площадке? 

 

Оказывается, в это самое время из леса выскочили всадники верхом на своих лошадях и неслись вдоль берега, и мимо куба, на котором стоял певец, поднимая копытами клубы пыли!

 

Михаил увидел их и просто испугался. Дело в том, что лошадей увезли в лес до приезда певца. Историю с грузовиком он не знал. Пока всё выяснили, пока пыль улеглась, начали записывать второй дубль песни. 

 

А тучи сгущались. А дождь накрапывал. А ветер усиливался! А яхты пока так и не появились в водах залива. А лошади уже хотели обратно в грузовик.  

 

Снимаем второй дубль песни. Хорошо, что был первый, хоть и не до конца. Потому что во время второго куплета резко начинает лить дождь! Но мы используем это явление природы на благо телевизионной картинки. Михаил на крупном плане отыгрывает падающие на него струи дождя, делает это артистично, красиво.  

 

И вдруг у звукорежиссера останавливается магнитофон, а заодно гаснут камеры, в мониторах чернота.  

 

Да что же это такое-то! Оказалось, что из-за дождя на несколько секунд вырубилось электропитание автобусов с техникой.

 

Так… у песни будет сегодня финал или нет, в конце-то концов? 

 

Серышев и операторы, промокшие почти насквозь, идут греться в наши телевизионные автобусы. 

 

Дождь закончился так же резко, как и начался, появилось солнышко, значит можно продолжать съёмку.  Мы  ведь не сняли эпизод с лошадьми, а, кстати, где яхты? 

 

Операторам пришлось снова встать за камеры. Если возникнет вопрос, а как же камеры, они ведь промокли, отказали в работе? 

 

Нет, друзья. Ещё в самом начале усиления ветра и появления туч на горизонте наши инженеры одели камеры в специальные непромокаемые чехлы.  Это предусмотрено техникой обслуживания оборудования. 

 

Эпизод с лошадьми и всадниками тоже был записан. И счастливая команда снова отправилась в лес к своему пригорку и грузовику.  

 

А мы продолжили запись песни! Третий куплет. Миша снова встал на куб. Но пиджак у него всё- таки был мокрый. Это было видно. Решили допеть песню на крупных планах, небе и солнце.  

 

В результате у нас получилась красивая картинка! В ней было и солнце, и ветер, и дождь, и снова солнце, и прекрасный голос и внешность Михаила Серышева. Это был настоящий музыкальный клип 1981 года! 

 

Михаил Серышев вскоре уехал в Москву.  Жизнь его полна разными событиями, работой в музыкальных коллективах, гастролями. Сегодня Михаил – солист Московского музыкального театра «Геликон-опера». Были, конечно, за эти годы и всевозможные съёмки, музыкальные клипы, запись спектаклей. 

 

 Запись программы "Контакт", 1980 год

 

 

Но самый первый видеоклип с Михаилом Серышевым сделали всё-таки мы, авторы молодёжного клуба «Контакт». И для тех далёких лет очень даже хороший. На еженедельной летучке нас похвалили! 

 

А яхты так и не прибыли к берегу залива… 

 

Как потом оказалось, из-за сильного ветра. Но узнали мы об этом на следующий день. Позвонил руководитель клуба. Сотовых телефонов ведь не было. И снимали мы яхтсменов уже в другом месте. 

 

Но главное, программа состоялась! 

 

Как и многие другие, которые мало кто уже помнит. 

 

 

 

 

«Хочешь, верь, хочешь, не верь, а дело было… так!» 

 

(Фраза из кинофильма «Полосатый рейс») 

 

 

 

Георгий Данилович Люстрицкий, один из опытных работников иркутского телевидения, к середине 70-х годов, когда я пришла сюда работать, возглавлял режиссёрскую группу.  

 

Человек очень деликатный, интеллигентный, в прошлом актёр театра юного зрителя, он великолепно вписался в телевизионную среду. Как он сам рассказывал, всегда хотел заниматься режиссурой. И телевидение в пору становления и расцвета давало такую возможность. 

 

Люстрицкие, Георгий Данилович и Елена Николаевна

 

 

Георгий Данилович снимал короткометражные игровые фильмы, ставил телевизионные спектакли. На одном из них, а именно на экранизации трилогии писателя Анатолия Шастина «Время стрекоз» я работала ассистентом режиссёра.

 

 О чём книга? О времени и человеческих судьбах на крутых поворотах российской истории. Двадцатые годы. Белые и красные.  Сомнения и тревоги. Поиски правды и надежды на лучшее будущее.   

 

В телеспектакле были заняты актёры практически всех театров Иркутска. Три серии фильма были в производстве два года. Работа была серьёзная, интересная. Съёмки на натуре, в павильоне, в исторических зданиях. 

 

Жаль, видео не сохранилось. И я до сих пор не знаю, как так получилось, что такая масштабная работа была размагничена. Существовал такой термин на телевидении. Да что теперь говорить! Вспоминаются разные истории, которые случались на съёмках. Вот одна из них. Думаю, весёлая!

 

 Известный в то время режиссёр Иркутского драматического театра Семён Савельевич Казимировский играл роль японского генерала. Сам исполнитель был среднего роста, полноват, и имел немного восточную внешность, а именно – разрез глаз. Но вот чего-то не хватало во всём облике генерала. Обсудив с гримёрами образ, сделали вывод – надо сделать «японскую» челюсть. То есть увеличить зубы нашего Семёна Савельевича раза в два точно! Представьте улыбающегося зайчика… Представили? Вот и хорошо.  

 

Семен Казимировский

 

 

А  как сделать эту воображаемую челюсть? 

 

  Мы обратились к известному в то время в городе врачу-ортопеду Евгению Бахареву. Объяснили задачу. Времени на изготовление «чудозубов» было катастрофически мало. Как всегда в кино. Но врач честно выполнял свою необычную работу. Ведь это не зубной протез, а тонкий каркас, который актер должен был надевать поверх своих зубов на специальные крепления.  

 

Ко времени съёмок, а на телевидении, как и в большом кино, тоже существуют определенные графики, наш врач пропал куда-то. Видимо, решил отдохнуть. 

 

Каркас для челюсти отдала мне медсестра, рассказав, как и что надо крепить. Попросила обращаться осторожно, очень хрупкое изделие. В коробочке зубки доехали до места съёмки. 

 

Резиденция японского генерала расположилась в Доме актера в Хасановском переулке. Все участники съёмки с нетерпением ждали необычный реквизит. 

 

 Семён Савельевич решительно начал примерять ортопедическое изделие. И… о боже! Челюсть треснула пополам. Через день наш «японский генерал» уезжал с театром на гастроли. Эпизоды с ним необходимо было снять именно сейчас.  Георгий Данилович махал руками и кричал, что надо крепить эти зубы любым способом, хоть на цемент! Но чтобы они были! Где врач???? А врача-то и нет… 

 

Короче говоря, гримёры предложили отремонтировать протез при помощи лака для наклейки усов. Но одно дело лак на коже, а другое – во рту. 

 

 Снимали мы эпизоды с постоянно разваливающимися зубами.  Несколько слов произнесёт «наш японский генерал», и снова вынимаем и склеиваем челюсть.  К концу съёмок Семён Савельевич не выдержал и попросил налить очищающего напитка. Для профилактики ротовой полости. Понятно, что сбегали, налили, извинялись. И, в общем-то смеялись, такая необычная ситуация сложилась. 

 

Челюсть еще долго хранилась в кабинете Георгия Даниловича. Как кошмарный реквизит из прошлого. Лежала в коробочке в шкафу. Люстрицкий уже стал директором студии телевидения. Однажды я зашла к нему побеседовать. Темы для разговора постоянно находились. А беседовать с Георгием Даниловичем было сущее удовольствие.

 

Вдруг он достал коробочку с некогда проблемным реквизитом, вздохнул, и сказал: « Вот, храню. А кто это помнит?» Последняя фраза стала с годами частенько мной применяться.  Вместе с ещё одной,  тоже от Георгия Даниловича: «А кто это понимает?»  

 

Такие крылатые фразы получились.  Жизненные. 



Комментарии  

#2 Александр Медведев 13.06.2021 23:22
Ирина напомнила историей про рояль... У меня своё воспоминание, связанное с этим роялем, вернее, с одним из них. Кажется, летом 1987 года должна была состояться съёмка Андрея Миронова, который был в Иркутске. Дело было в выходной, но я приехал пофотографирова ть Миронова. И вот присели мы с Мишей Бялоусом на креслица в темноте на входе в павильон, ждём начала. В павильне стоят рояль, барабанная установка и контрабас. Мимо нас неспешно прошёл барабанщик, сел за барабаны. Потом зашёл контрабасист, и чуть позже прошёл невысокий, слегка пузатенький мужчина в джинсах. Миша сказал мне, что это Левон Оганезов. Я ещё не знал кто это в тот момент. Оганезов сел за рояль и сказал своим музыкантам:"Джа з поиграем?" И они начали играть джаз. Поиграют, скажут:"Хорошо получилось! Давай ещё!" И продолжают. Играли они больше часа, а мы с Мишей сидели, чуть не разинув рты, и, обалдевшие, наслаждались их виртуозной игрой.
Цитировать
#1 Татьяна 13.06.2021 22:00
очень интересно! спасибо Вам! мне всегда казалось что жизнь на телевидении это какая то особая жизнь. и правда оказывается...
Цитировать

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

"ВАШ ЖУРНАЛ – ИНТЕРЕСНЫЙ СОБЕСЕДНИК. Я ЧИТАЮ И ЛОВЛЮ СЕБЯ НА МЫСЛИ, ЧТО МНОГИЕ ТЕМЫ МЕНЯ ВОЛНУЮТ. И ДАЖЕ ЕСЛИ Я С КАКИМ-ТО МАТЕРИАЛОМ НЕ СОГЛАСНА, БУДУ ОБИЖАТЬСЯ, НЕГОДОВАТЬ – НО ЭТО ПОТОМ, А ПРОЧИТАТЬ, СКОРЕЕ ВСЕГО, ПРОЧИТАЮ."


Ирина Ежова, главный врач Иркутского городского перинатального центра

Air Jordan 1 Mid “What The Multi-Color” For Sale – Chnpu