вверх
Сегодня: 28.07.21
15.png

Мир - через объектив! Николай Тарханов и его мастерская...

 

 

 

Но так ли это просто – быть фотографом? Многие думают, что, приобретая качественную фотокамеру, они автоматически могут причислить себя к славному роду профессионалов. Снимать все подряд – ещё не значит быть фотографом. Профессии этой, как и любой другой специальности, нужно учиться. Даже Черчилль как-то заметил, что «фотограф – это историк будущего». Обо всех подводных камнях фотографического мастерства рассказывает на своих курсах Николай Тарханов. Мне представилась прекрасная возможность побеседовать с этим творческим человеком.

 

Николай, скажите, зачем вы создали эту мастерскую, для чего?

 

 

– Мастерская как проект создана для людей, которые интересуются современным искусством, таким как кино, видео и фотография, чтобы они могли получить необходимую базу. Даже если человек не зарабатывает деньги, но хочет все делать хорошо, он должен иметь базу. Поэтому, проанализировав в Иркутске вид этой образовательной деятельности, я понял, что нужно брать программу ВГИКа, конкретно – программу двух первых курсов кинооператорского факультета я ужал до более вменяемых периодов понимания любым человеком. И вышло несколько занятий, где человек получает максимальное количество базовых знаний, которые дают возможность делать всё правильно, то есть делать всё так, чтобы ему не было стыдно не только перед самим собой, но и перед зрителем.

 

 

Сейчас – с развитием Интернета есть некий тренд (назовем это так): люди, которые занимаются визуальным искусством, размещают свой материал в Интернете, у них появляется определенное количество поклонников, которые и формируют мнение об этом искусстве, порой слегка искажая. Если ста людям нравится фотография, значит, она уже считается примером того, к чему надо стремиться. И стремление порой заходит не в ту сторону. Фотографируя себя, детей, своих подруг, любимых и показывая эти фотографии своим близким, мы делаем вид, что делаем творчество. Конечно, это переживается эмоционально, потому что отношение между человеком и человеком здесь приобретает доминирующую роль, но это еще не творчество. Есть базовые постулаты, которые очень четко дают понять – что, как, зачем. Когда берут фотографию, отправляют на фотоконкурс вне рамок города Иркутска, и получается, что эта фотография, которая по умолчанию была хорошая, не занимает никаких мест, а даже наоборот – она никуда не проходит, возникает вопрос: «Почему? Это же такая хорошая фотография, всем понравилась!». А там сидят люди, которые ничего по поводу моей личности, или чьей-то ещё личности, не знают, не знают автора фотографии, кто на фотографии. Они просто знают базу и законы кино- и фотоискусства. Для меня, к слову сказать, это в принципе одно и то же.

 

 

Есть законы композиции, они для всех визуальных видов искусств одни и те же, от этого вообще не убежишь. И, не зная их, люди начинают читать Интернет – в Интернете ведь все всё знают. Слушатели, которые приходят на первый курс, мне часто говорят: «Мы купили фотоаппарат, пытались читать в Интернете что-то, ничего не поняли, потом сходили на базовый курс какой-нибудь школы, нам там рассказывали про историю фотографии, нам рассказывали про устройство фотоаппарата, но как фотографировать – мы не совсем усвоили». Так вот курсы моей мастерской отличаются тем, что я не трачу время на то, что можно прочитать в Интернете, история фотографии – она вся выложена там. Мы занимаемся практикой. Недавно прошёл курс, называется «Практическое путешествие по фотопейзажу» на Ольхоне. Мы там не только походили, погуляли, мы ещё по горячим следам доделывали фотографии, доводили их до ума, чтобы человек погрузился в атмосферу той или иной ситуации, побывав ней эмоционально. Сделали фотографию, его носом потыкали, что нужно убрать, что прибавить, почему здесь так, а здесь не так. И моё мнение, естественно, не единственное, оно субъективное, потому что я всего лишь человек. Но у меня есть опыт, и воспринимается этот опыт успешно.

 

 

 

А вы довольны этим экспериментом на Байкале, и оправдали ли участники фотосессии ваши ожидания?

 

– Я считаю, что проект получился! В Иркутске такого точно не проводилось! Мы собрались очень быстро, спонтанно, взяли большой компьютер, большой телевизор, поехали не просто пофотографировать там, чтобы каждый потом дома у себя снимки обработал. Мы работали «по-чесноку» с утра и до ночи фактически. И если брать мой результат, то за эти двое с половиной суток сделал 217 кадров и из них выбрал 6. Курс был очень позитивный, и все приехали на позитиве, команда собралась интересная. Мы друг другу всё доверили. Люди доверились мне, понимая, что я знаю что-то большее, я совершенно искренне доверил им то, что я знаю, – и на этой искренности родились снимки. Уровень у всех был разный, и снимки получились разные, но делали их все на эмоциональном подъеме. Моя задача состояла в том, чтобы погрузить их в интуитивное ощущение. Дать участникам курса технологии, чтобы понимать их на уровне рефлексов, но чтобы слушатели не думали, а интуитивно снимали. Курс, конечно, оправдал все мои ожидания.

 

 

 

Вы учились во ВГИКе?

 

 

– Да. И вот что интересно: когда поступаешь во ВГИК, учишься первые год–два, постоянно задаешь себе вопрос: «Так, а где же творчество? Фотокомпозиция, кинофотопроцессы и материалы, оптика, экспонометрия есть, а творчество где?». Но потом понимаешь, что без этого всего творчества не будет. Можно продвигаться интуитивным путем, но, как ни странно, этот путь более долгий. А есть люди, у которых божья искра сильнее сверкнула, у которых врождённое чувство композиции. К примеру, мои дети. Я сам удивляюсь порой – ребенок в 5 лет снимает! Я понимаю, что он снял, и это композиционно просто: раз – и встало. Дети ведь живут интуицией, не наработанными стереотипами и привычками, они живут полётом. И тут так же. Когда человек знает базу, у него для интуиции, для творческого поиска остается больше времени, потому что он базу изучил, у него руки работают на уровне тактильных ощущений, у него композиция решается на уровне полученного опыта. На мой взгляд, чем человек уверенней и глубже знает базу любой профессии, тем больше времени остается для творчества. И я учу тому, что человек должен знать на уровне подсознания, для того чтобы руки не думали, что нажать, чтобы глаз не думал, как скомпоновать. Чтобы у человека находилось пространство для творчества, для этого проводятся те курсы, которые проводит моя мастерская.

 

 

 

Вы развеиваете какие-то мифы?

 

 

– Одна из задач школы – объяснить слушателям, что главное не в стоимости техники: сейчас технологии таковы, что для домашней съемки, для печати, в том числе фотографии формата до 30*45, хватит фотокамеры стоимостью 50 тысяч рублей с оптикой, за глаза просто. Чтобы делать гениальные вещи, хватит инструмента не супербрендового, а того, с которым удобно. Если человек пишет книгу, если он талантлив, ему хватит ручки и тетрадки и какого-нибудь компьютера «дохлого» Пентиум 2 стоимостью 5 тысяч рублей. Не стоимость компьютера решает, талантливый текст или нет, а то, что в голове происходит.

 

 

Люди, особенно в регионах, часто думают: если у тебя нет фотокамеры минимум тысяч за 80, нет объективов минимум тысяч на 100, у тебя по умолчанию не получится нормальный снимок. Это всё фигня! Этот миф очень быстро развеивается, когда я беру недорогую камеру и в очередной раз доказываю, что главное не техника, главное – руки, которые снимают. У нас сейчас в Иркутске, как, впрочем, и в других регионах необъятной родины, происходит гонка фотографических вооружений. Люди бегут за светосильной оптикой, дорогостоящими камерами, подвергаясь общей эйфории, интернет-эйфории в частности. Если человек не умеет фотографировать или снимать кино на недорогое устройство, то на дорогое устройство он тем более этого не сможет сделать. Но он продает свой устаревший фотоаппарат и покупает новый, то есть занимается куплей-продажей, и у него четко формируется мнение, что чем новее, тем лучше. Это отчасти так, но я совершенно уверен, что если сейчас взять кинокамеру «Конвас» производства 1973 года, заправить её киноплёнкой советского производства, то при хорошей идее можно снять такое кино, которое будет всеми увидено и оценено. Но если мы возьмем какую-нибудь кинокамеру «Арри», стоимость которой несколько сотен тысяч долларов, и снимем то, что не имеет под собой идейной подоплеки, то это будет просто технически качественная картинка.

 

 

Курсы в моей мастерской развеивают миф о том, что техническое качество – это единственная наиважнейшая деталь в фотографии. И что техническая ретушь и рисование портрета после фотосъемки – это главное. По-настоящему главным всегда было освещение, главной была композиция, главным было соотношение экспозиции и цветовой температуры. Всегда главное – это оптика, подобранная грамотно. И из этих элементов складывается ремесленное знание. Как только человек начинает понимать, что он осознаёт ремесленное соотношение всех устройств и свойств своего съемочного аппарата, он начинает делать всё на уровне подсознания. Если я снимаю портрет, значит мне нужна такая-то оптика, если пейзаж – такое-то фокусное расстояние, если я снимаю то-то, то мне нужен штатив такой-то.

 

 

И человек начинает это совершенно четко осознавать и не тыкаться носом и не лезть в Интернет за советом на форум. И при этом один остается на уровне того, что он, пользуясь базовыми знаниями, делает то, что нравится его семье, но делает это уже маленько под иным углом, с иным восприятием, с пониманием того, что он делает. Другой человек понимает, что ему нужно развиваться, он начинает зарабатывать деньги. Третий – что нужно идти дальше, попользовавшись базой какое-то время, он понимает, что нужны ещё знания, он идет осознанно и развивается, он повышает свое мастерство, свой творческий уровень. Кто-то просто показывает фотографии своим близким, кто-то размещает на международных фотоконкурсах – тоже степень развития.

 

 

 

На мой взгляд, фотография переживает сейчас так называемый гламурный период, модели позируют в полуголом виде, в дорогих вещах и т.д. Это – тоже творчество? Тоже – искусство?

 

 

– Вопрос многогранен, потому что полуголые тела можно обсуждать с эпохи живописцев, когда всем надоело писать иконы и классические портреты. Женская красота во все века есть, была и будет, ну, впрочем, как и мужская. Есть этимология слова, и есть понимание его обществом. Есть буква, из которого слово складывается, и каждая буква в своем словосочетании имеет свой смысл, но доходя до определённого слоя общества, этот смысл трансформируется, и это можно в частности сказать про гламур. Тон задал в своё время американский кинематограф, откуда пошла мода, потом появились журналы, потом всё остальное, потом родился термин «гламур». Поначалу он был интересен, как говорят все – «в моде». Раньше было выражение «это на слуху», потом – «это модно», теперь – «это в тренде». Гламур – то же самое. Слово «гламур» подвергается смысловым изменениям в сторону большего негатива. А люди с фотоаппаратами стремятся к тому, что им показывают СМИ. Глянцевые журналы я приравниваю к СМИ.

 

 

Когда кино начало разворачиваться, американский кинематограф стал диктовать свои условия: как одеваться женщинам, мужчинам, какие в моде вещи, сигары, автомобили. Никто этого не понял, но начали появляться модные модельеры, это тоже хорошо, в общем-то, что плохого в красивой одежде, которая удобна ещё к тому же? Возник целый мир. Все хотят выглядеть лучше, чем есть на самом деле, ну если не все, то отдельная категория людей. Это порождает моду, некий тренд. И если есть спрос на товар, то есть, соответственно, предложения. Люди, которые зарабатывают деньги, в частности, в фотографии, понимают, что если они будут работать и делать то, что нравится народу, то они заработают денег. Это как школьная фотография: раньше просто фотографировали детей, потом появились виньетки, которые вручную делались, сейчас – на компьютере. Это модно, это в тренде, это пользуется спросом – но это прикладная фотография. Здесь – то же самое. Когда человек пытается вытащить из портретируемого, если мы сейчас говорим о портрете, не эмоции, не чувства, не индивидуальность, а просто сделать такой гладенький пластмассовый образ, похожий на миллион других, – вот это гламур.

 

 

 

А как вы сами относитесь к этому?

 

 

– Он есть, я к этому никак не отношусь. Иногда, когда ищешь себе модель под свои задачи, листаешь журналы, пролистываешь страницы фотографов, – понимаешь, что и модели-то нормальные, но фотографы их всех стремятся сделать одинаковыми, одинаково заглаженными, напомаженными и так далее. И это тоже ремесло, которое практикует большая часть людей с фотоаппаратами. Да, они ремесленники, которые знают, как правильно фотографировать, примерно знают, как обрабатывать. И они часто тушат в себе божью искру, работая на потребу публики, бегая за каждым заказом, который приносит деньги. Я как-то тоже ринулся в это дело, но понял, что очень сильно. Я творческий человек, по крайней мере, я приравниваю себя к этой категории людей, хотя и зарабатываю деньги. Считаю, что зарабатывать деньги тем, что нравится, – это гордость, и, в общем-то, счастье. Я понял, что буду делать ту работу, которая мне нравится, снимать то кино, которое действительно хоть чем-то меня цепляет, делать те фотографии, которые мне интересны. Вот я лет 15 не снимал детей – ну, не считая своих собственных. Моя мама, учительница, предложила: «Ты же специалист – давай, детей будешь фотографировать?». Это давно уже было, я тогда работал оператором на телевидении. И пару лет снимал её класс, заработал денег себе на хорошую фотокамеру, но понял, что меня это выматывает очень сильно, это очень сильно отвлекает от творческих полётов, от гениальностей, от стремлений создать шедевр. Как сказал Сальвадор Дали: «Не бойтесь стать гениальными, вы всё равно не станете ими никогда!».

 

 

А тут как-то знакомая говорит: есть детский садик, нужно детей поснимать… Вот я подумал – теперь получится или нет? Мне не хотелось снимать их так, как все снимают, и мы нашли натуру, нашли всё остальное. Я вдруг понял, что это пошло у меня, меня процесс увлек. Снимки всем безумно понравились. Я начал анализировать, почему, и выяснилось, что всё это время я практикую, в том числе, ремесло, я практикую базу. И в этих снимках, как и во всех моих, в них нет ничего нового – в них есть база и моё субъективное видение автора, которое кому-то, возможно, и не нравится.

 

 

 

Почему же тогда вы устали, а теперь вам понравился результат?

 

 

– Всё просто. Тогда была задача – просто заработать денег. Но как выяснилось – такой вид заработка меня не устраивает. Сейчас – эксперимент. И главная цель – смогу ли нет.

 

 

 

А что вы считаете главной философской задачей фотографии?

 

 

– Иногда я хожу по музеям и рассматриваю портреты. Вот какая-нибудь царица Екатерина написана – она же характерная. Начинаешь разбирать живописный образ – и понимаешь, что из неё не сделана модель. Да, она толстая, но портрет-то цепляет! Ей не 20, а далеко за 35, но выглядит экзотично. Художник подчеркивает индивидуальность, не уничтожая ни мимические складки, ни специфику тела, а подчеркивает то, что он в данный момент увидел в характере. И мне в творчестве важно поймать характер снимка. Самое любопытное: когда я снимаю кино, фото – я не думаю... Я в этом процессе растворяюсь. И сам до сих пор не могу объяснить, почему некоторые мои работы людей цепляют, почему их покупают, конкретные совершенно работы. И думаю, что это скорей всего симбиоз знания ремесла и доверия самому себе, интуиции. Как говорил наш преподаватель по цветной фотокомпозиции: «Ребята, вы можете нарушать все кинематографические законы, нарушайте налево и направо, но вначале очень хорошо их выучите!».

 

 

Картинка складывается из стереотипов, чем больше у меня набрано стереотипов, тем более разнообразный процесс размышления происходит у меня в голове, и тем быстрее я могу увидеть в человеке – в мужчине, в женщине, в девушке, в ребенке ту нотку индивидуальности, которая цепляет. Для меня очень важно найти то, за что можно зацепиться и обо всём забыть, и погрузиться в процесс… Если этого не происходит, то будет просто хорошая техничная работа. Ровненькая этюдная фотография, но не будет того, что обладает магнетизмом. Как сказал мой товарищ: «Сублимируй творчество, сублимируй фотографию!». Вот это мне близко.

 

 

 

На ваш взгляд, когда фотография становится искусством? И надо ли, чтобы фотография становилась искусством?

 

 

– Опять же искусство – это очень субъективный образ. Работа сделана, и если её признало общество, признали критики, искусствоведы, то она выходит в ранг искусства. Неважно, что это: кино, живопись, фотография, архитектура, музыка например, – просто всё совпало. А миллион таких же, похожих, работ не вошли в ранг искусства, это либо есть, либо нет. Есть же люди гениальные, вот они поняли, что гениальные… У меня один товарищ лет в 50 сообщил: «Ну все, я больше не фотографирую, я всё сказал!». И не фотографирует, хотя гениальный портретист. Поэтому здесь, наверное, нужно говорить не о том, может ли быть фотография искусством, здесь нужно говорить о том, что искусство есть, но как оно выражается – зависит от человека, который этим занимается, и от аудитории, которая его принимает.

 

 

Современная попса – это же тоже, получается, искусство, она признана, и от этого не нужно открещиваться. Если мне это не нравится, это не значит, что не нравится миллиону, но есть определённые уровни, есть эстеты, на которых не угодишь, есть люди, которым покажи пряник – и уже хорошо. Прежде всего, здесь нужно говорить, на кого человек ориентируется. Если он хочет угождать, работать на потребу публике – то это искусством никогда не будет, это может быть коммерчески ценно, это, может, будет выгодным и даже интересным, но это посмотрели и забыли. Если человек не выкладывается, если человек не переживает, если человек не погружается в то искусство, которым занимается, то это ремесло. И фотографию это не обошло. Есть у нас сериалы – телесериалы, киносериалы. Например, «Шерлок Холмс», многосерийный телевизионный фильм, снят он с помощью технологий ремесла и определённых стереотипов, но его же помнят до сих пор! А «Рабыню Изауру», допустим, – не особо. Вот вроде бы то же самое: снята картинка, люди двигаются, что-то говорят, что-то делают и там и там – но это шедевр, а это нет.

 

 

Я думаю, что искусством можно признать то, что оценивается не только узким кругом близких мне людей, а то, что признается теми, кто меня не знает, что признается профессионалами, что признается людьми от этого самого искусства. Это определённые рамки условий так называемой игры. Поэтому можно снимать и обнаженное тело, и, в общем-то, я считаю, что это красиво и нормально, и какая-то фотография может реально зацепить, и не только потому, что это тело противоположного пола. А есть же чистенько, технически качественно снято, с каждым волоском проработанное тело, но оно подходит разве что только в учебник анатомии. Тут важно, к чему человек стремится, о чем он думает или о чем он не думает. Стремления человека как раз формируют его желания к знаниям, к постижению знаний и формируют его результаты, которые потом либо становятся шедеврами и признаются людьми, или взяли, посмотрели – и это стало миллион двести пятьдесят шестой фотографией, которую человек снял и потом про неё забыл. Такая у меня точка зрения.

 

 

 

И каковы ваши планы на будущее?

 

 

– То, что касается мастерской, – сейчас формируются курсы по видео. Буквально на днях провели переговоры с одним из организаторов – курсы не я лично организовываю, есть команда, которая этим занимается. Наметили порядка 8 разных направлений. Это такие короткие эффективные экспресс-курсы по пониманию, что такое фотоаппарат, это и курсы по освещению. Жизнь у нас сейчас динамичная, и я понимаю, что можно растянуть любой курс на 2–3 месяца, но не все доходят до финала, как правило. Поэтому курсы, у меня лично, сжаты под экспресс-курс, который даёт, конечно, небольшой шок мозгу, потому что много информации вкладывается, но когда первый шок проходит, у людей открывается второе дыхание, и они ощущают, что начали понимать.

 

 

Мы составляем план, который будет опубликован во всех соцсетях, и, соответственно, будет набираться группа. Мы также проводили с одной из фотошкол совместный курс по обучению съемкам фильмов. Курс был посвящен воплощению идеи от начала до реализации. То есть как зарождается мысль, как из мысли получается идея, как из идеи получается синопсис, как из синопсиса получается сценарий, из сценария – раскадровка, из раскадровки получается картинка, как из этой съемочной картинки получается кино. Фильм занял на фестивале «Рыбий глаз» одно из первых мест. Самое интересное, что это делали люди, которые никогда кино вообще не снимали. Я для себя всегда планку ставлю высоко, особенно когда отбираю свои работы, то есть критерий перфекциониста, наверное, помогает в чем-то. То же самое, когда даешь людям знания, то ты уж отдавай их на 100 процентов, это ещё один из постулатов, которых я придерживаюсь очень жестко.

 

 

Ольга Фомина



Комментарии  

#2 Андрей Фомин 23.10.2013 15:48
Светлана! Если бы Коля еще и снимать умел... :)
Цитировать
#1 Светлана 22.10.2013 14:48
А фотки-то? Где фото???((( Чем любоваться-то?? )))
Цитировать

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

- Слушайте, то, что вы несете, это полная ахинея! Так нельзя! Создается ощущение, что вы против всего, что составляет естественный порядок вещей. Вам доставляет удовольствие издеваться над людьми. Вы анархисты и даже террористы!

 

Ольга Сырцова, госслужащая

Air Jordan 1