вверх
Сегодня: 11.07.20
7.png

Королева сцены

К 120-летию Аллы Константиновны Тарасовой,величайшей русской актрисы, «прекрасной королеве в незримой короне»

 

«Сколько надо отваги,
Чтоб играть на века…»
(Борис Пастернак)

 

Когда-то Алле Константиновне Тарасовой Борис Пастернак, который вообще-то не был человеком театральным, посвятил великое множество восхищенных строк. Поэт был поражен не только ее талантом, но еще, как он отмечал, и тем, что она «играет с большим благородством и изяществом». И до сих пор никому не удалось превзойти Аллу Константиновну ни талантом, ни мастерством, ни глубоким проникновением в образ, а более всего неповторимой душевной чистотой – свойством, так пленившим в ней Станиславского.

 

А.К. Тарасова, потрет работы Александра Герасимова


А.К. Тарасова родилась в феврале 1898 г. в Киеве, в семье профессора медицинского факультета Киевского университета Константина Прокофьевича (1865–1931) и Леониллы Николаевны (1870–1966) Тарасовых. С 1906 по 1910 годы училась в Киево-Печерской женской гимназии. А в 1912 году свершилось чудо: в Киев на гастроли приехал МХТ – знаменитый Московский художественный! По такому случаю семья абонировала ложу. «Открылся занавес, – вспоминала потом Алла Константиновна, – и мы почувствовали живое, трепетное дыхание «Вишневого сада». В тот же момент я услыхала за своей спиной, как щелкнул замок маминой сумочки, и мама вынула носовой платок. Да и меня охватило необычайное волнение от всего увиденного и услышанного со сцены. Я впервые увидела Станиславского, Книппер-Чехову, Москвина, Кореневу, Лилину – всех корифеев Московского Художественного театра. Глядя на все это, я еще сильнее ощутила огромное желание быть актрисой – и только актрисой МХТ, играть Аню в «Вишневом саде». Все мои мысли и чувства подчинились призыву: «В Москву, в Москву!» – как говорит Ирина в «Трех сестрах»».

 


Так была определена цель жизни. Отец не препятствовал Алле, просил только тщательно все обдумать, убедиться в своих способностях. Едва исполнилось Алле шестнадцать лет, как она стала посещать лекции в Народном университете. А сам Владимир Немирович-Данченко «благословил» её стать ученицей Школы драматического искусства при МХТ, которая в 1916 году была преобразована во вторую Студию МХТ. Так мечта стала превращаться в явь.
Первые шаги на большой сцене 17-летняя Тарасова сделала опять-таки в Киеве: приехав на каникулы в родной город, сыграла в популярном летнем театре Купеческого сада (теперь Крещатый парк) в любительской постановке «Звездного мальчика» Оскара Уайльда.
А потом настало время играть и у самого К.С. Станиславского: в 1916 году, в 18 лет, она дебютирует на сцене МХТа, и, как тогда писали, буквально поражает зрителей умением «играть одним движением лица, передавая самые интимные переживания наболевшей души, стоя молча у стола». Критики уловили черты неповторимой индивидуальности актрисы, впоследствии сумевшей воплотить на сцене идеал русской женщины во всей его цельности и духовной высоте.
В годы гражданской войны, с 1919 по 1922 годы, Тарасова гастролировала с труппой артистов МХТ – «Качаловской группой» – в Одессе и городах Западной Европы. Некоторое время жила в США. А с 1925-го и до конца своей жизни Алла Тарасова служила в труппе МХАТа.
В ранней юности она много общалась с «мхатовскими стариками», благоговела перед ними. В начале 1930-х годов ее мужем стал великий актер МХАТ Иван Михайлович Москвин, и этот брак длился около десяти лет.

 



Тарасова, продолжательница традиций, связанных с именем М.Н. Ермоловой, играла с Качаловым, Книппер-Чеховой, Леонидовым. Станиславский был ее партнером в «Дяде Ване», она считалась лучшей Соней в том старом спектакле, о котором слагали легенды. Уже вернувшись из эмиграции, она постепенно выходила на авансцену Времени – и вскоре стала сценическим олицетворением женской красоты и всепоглощающих чувств.
Настоящий творческий взлет Тарасовой произошел в 1933 г. с выходом на сцену МХАТа в роли Негиной («Таланты и поклонники» А.Н. Островского). Впервые в полную силу прозвучала истинная тема актрисы – трагическая драма любви, принесенной в жертву искусству сцены и высокому призванию.
Свое творческое становление Алла Константиновна связывала с опытом совместной работы с К.С. Станиславским. Ее вторым учителем был В.И. Немирович-Данченко. МХАТ был ее вечной любовью и смыслом существования. С ее именем связан не только триумф МХАТа 1930-х годов, но и слава первой актрисы страны.
Самые значительные художественные творения Тарасовой – центральные женские образы в классическом русском репертуаре: Татьяна Луговая («Враги» А.М. Горького), Анна Каренина (по роману Л.Н. Толстого), Маша («Три сестры» А.П. Чехова,), в пьесах А.Н. Островского «Последняя жертва» – Юлия Тугина, Негина – в «Талантах и поклонниках», Кручинина – в «Без вины виноватых». Созданные ею образы объединяли чистота и внутреннее достоинство, вера в прекрасные силы жизни и самого человека – и эта вера высвечивала лучшее в душе героинь Тарасовой, отталкивая черты приземленности, расчетливости, ограниченности. Отрицательные характеры и характеры вялые, неопределенные актрисе не удавались. Идеальность ее сценических образов не была внешней – она была проникнута искренним убеждением актрисы в их выстраданной правоте и невозможности жить в масштабах бытовых, «низких истин». Ее героини жили своей жизнью – глубокой и затаенной.

 


Премьеру спектакля «Анна Каренина», фаворита 1937 г., впервые в истории советского государства отметили сообщением ТАСС. Критика восхищалась Тарасовой. В Анне актрисе был важен подвиг любви, трагически не вписавшейся в жесткие жизненные реалии. Защищая право своей героини на большое чувство, Тарасова исключает для нее возможность компромисса. Она играла Анну с нерассуждающей страстностью, восхищая зрителей красотой и благородством, внутренней силой, женственностью и жертвенностью, женской пленительностью Карениной.
Успех актриса имела огромный. Попасть на спектакль было невозможно, зрители простаивали ночами в очередях у театральной кассы. «Это было одно из тех ярких художественных впечатлений, которые остаются на всю жизнь и ради которых стоит жить на свете», – писал актрисе спустя 20 лет знаменитый русский пианист А.Б. Гольденвейзер. Парадоксально, но спустя 50 лет именно эту «Анну Каренину» будут судить за то, что премьеру впервые в истории советского государства отметили сообщением ТАСС, за то, что спектакль любил Сталин, якобы использовавший успех театра в своих политических целях! Отряхнув от пыли времени эмигрантскую критическую статью 1937 года времен гастролей театра в Париже, в 1990-е годы опубликовали конъюнктурную статью, резко критикующую тот спектакль. Ничего удивительного – театральный мир полон завистников, а уж в наши дурной славы 90-е и вовсе «молодая демократия» пыталась утвердить «моду на комиссарш» (фильм «Комиссар» режиссера Аскольдова более 20 лет «пролежал на полке») – которую, безусловно незабываемо сыграла Н. Мордюкова, но образ той комиссарши навязывался нам как ментальность, суть русской женщины. И во все творчество Тарасовой, во все созданные ею образы, образно говоря, бросались и камни, и комья грязи. К тому же ей ставилось в вину то, что она была любимой актрисой Сталина. Ну а в чем же была вина перед страной поругаемых в 90-е Тарасовой и Орловой – в том, что вождь умел ценить таланты, благоволил им?

Кстати, Сталин сыграл роль и в судьбе любимой актрисы. После расставания с Москвиным в годы войны на фронте Алла Константиновна встретилась с генерал-майором авиации Александром Семеновичем Прониным. Они полюбили друг друга. Но «Он всё время был на фронте. Я к нему летала, но теперь война кончилась… раза два в неделю я с ним говорю лично по прямому проводу… Получаю от него букеты роз каждую неделю самолетом. Так что романтики очень много, а это замечательно» (А.К. Тарасова: документы, воспоминания, 1978.)
Однако высшее военное и партийное руководство не давало разрешения Пронину оставить семью и жениться на А.К. Тарасовой. Тогда на одном из приемов в Кремле в 1945 году она обратилась с просьбой к самому Сталину. Товарищ Сталин не мог отказать любимой актрисе – дал разрешение на брак. Но поставил почти драконовские условия: во-первых, генерал должен был продолжать заботиться о двух своих сыновьях от первого брака, а во-вторых, должен был оставить военную службу. Мужчина в самом расцвете лет – 43 года, безмерно любящий свое дело, должен был оставить его ради любимой женщины. А.С. Пронин оказался настоящим рыцарем – покинул ряды доблестной Советской Армии ради Прекрасной Дамы и перешел на преподавательскую работу. Они прожили счастливо 30 лет…
И только спустя годы стало известно, что как бы ни была она «обласкана» режимом, ей приходилось жить в тех же жестких рамках того времени и многое скрывать. В этом смысле исключений не было ни для кого. А ее брат Евгений когда-то в армии генерала Деникина работал в контрразведке. Да и о любимой сестре Лене Тарасова писала кратко: «Жила она во Франции, связи с семьей потеряны».
Но когда в страшном 1937 году Алла Тарасова приехала на гастроли со МХАТом в Париж, она отыскала телефон сестры и позвонила ей. Поскольку встретиться они не могли, то договорились пройти по разным сторонам одной улицы. Позднее, вспоминая то время, Алла Константиновна скажет: «Это было больно и ужасно. Так мы прошли три раза. Я шла, глотая слезы. Сердце разрывалось на части. Я боялась слежки… и вдруг кто-нибудь узнает, что муж Леночки в гражданскую войну воевал на стороне белых»… И была еще одна личная тайна, свято охраняемая от посторонних. Алла Константиновна была глубоко верующим человеком. Молилась, а икону прятала в шкафу. На протяжении всей жизни читала молитвы перед завтраком, обедом и ужином, как положено по церковным правилам. Она вынуждена была вступить в партию, но до конца дней замаливала этот грех…

Спектакли «Анна Каренина» и «Враги» в 30-х годах прошлого века не только поддержали славу МХАТа, но и определили новую эпоху – это время называли возрождением Художественного театра, хотя он и оставался прежним по сути: строгий реализм с лучшими традициями прошлого и с новой культурой. Стиль актерской игры – освобожденный от штампов и отживших наслоений. В этом «новом» Художественном театре Тарасовой было уготовано первое место. Ее Татьяна Луговая в горьковских «Врагах» была абсолютным совершенством. Даже неугомонные критики творчества Тарасовой вынуждены были умолкнуть. В ее независимой манере держать себя была особенная красота прекрасной ироничной женщины, сознающей и свою женскую власть, и свою человеческую беспомощность.
Тарасовские женщины по природе своей совсем не страдалицы. Они умеют радоваться, смеяться и мечтать, искренне и жертвенно любить, обладая необыкновенной жизнестойкостью. Тарасова оттеняла и другие их качества: веру в человеческую чистоту и порядочность, искреннюю убежденность в благородстве людей, сохранившуюся даже вопреки их настоящим поступкам.
В кино с особой силой раскрылись театральные качества актрисы, о которых сказал кинокритик того времени: «То, что делает Тарасова, по природе своей кинематографично. Она умеет быть выразительной без слов и до слов…».
Лауреат Государственных премий СССР (1941, 1946, 1947, 1949 — за театральную работу; 1948 — за роль Елены Ивановны Кручининой в фильме-спектакле «Без вины виноватые»), народная артистка СССР (1937) Алла Константиновна Тарасова навсегда остается в истории русского театра. Она, как никто кроме нее, умела воплощать женскую силу, чистоту и красоту чувств, чего так не хватает нам всем в нынешней жизни.
Умерла великая русская актриса 5 апреля 1973 года, похоронили ее не на Новодевичьем кладбище, как бы положенном ей по рангу, а на Введенском, рядом с матерью, которую она боготворила и которая прожила с ней вместе всю жизнь.
Опыт Тарасовой и ее непревзойденное мастерство вновь станут востребованными тогда, когда на сценические подмостки театров и в кинематограф вернутся цельные образы русских женщин – одухотворенных, любящих, жертвующих во имя любви.

***
Очень, очень жаль, что наше телевидение, вытащив из затхлых закутков кучу старых, пустопорожних фильмов вроде «Дайте жалобную книгу» и пр., упорно делает вид, что не было в нашем кинематографе «Без вины виноватых», «Талантов и поклонников», «Анны Карениной»… – кинолент с участием Тарасовой. Выросло целое поколение, которое совершенно не знает ее имени – непревзойденной, величайшей русской актрисы Аллы Константиновны Тарасовой, «прекрасной королевы в незримой короне».
 


 

Подготовила Галина Костина

Иркутские кулуары

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

ЕСЛИ ЧЕСТНО, ТО ЖУРНАЛ МНЕ НЕ ПОНРАВИЛСЯ. СЛИШКОМ ЗАМУДРЁНО ТАМ ВСЕ НАПИСАНО. ТАКОЕ ОЩУЩЕНИЕ, ЧТО ЕГО ПИШУТ ТОЛЬКО ДЛЯ ТЕХ, КТО ВО ВЛАСТИ НАШЕЙ СИДИТ.

Людмила Селиванова, продавец книжного киоска, пенсионер