вверх
Сегодня: 24.07.17
1.png

Оно нам надо – такая толерантность?

Наконец они вновь зазвучали в наших эфирах – песни о Севастополе. Заметили? Кто-то, возможно, и не замечал наличия их отсутствия, но автору этих строк, например, их остро не хватало – все последние 25 лет, четверть века(!), с самого развала Союза.

 

«…Севастопольский вальс

Помнят все моряки…»

 

Мы кружились на школьных вечерах под этот вальс, и на городских площадях в праздники, и на танцплощадках, звучали слова этого вальса и в сибирском семейном застолье. Да просто напевали мы их потихоньку, или только мелодию, занимаясь своими делами…

В Союзе разве можно было представить себе День Победы без песен о Севастополе, об Одессе? А любой праздничный концерт – без залихватского, и вполне себе даже лихого, матросского танца «Яблочко»? А вот оформила наша «всенародноизбранная» тройка «видных государственных» политический развод, причем разом за всех «сестер» – за 15, на минуточку, равноправных – и мы очень толерантно, очень втихаря и как-то очень сразу перестали упоминать о городах-героях, о городах воинской и гражданской славы, погрузившихся в «незалежность» – кстати, вопреки их воле и желанию. Так же «толерантно» мы перестали вспоминать о них даже в праздничные майские дни – в те дни, когда у нас одна на всех «радость со слезами на глазах». В незалежности и терпимости (синоним толерантности, между прочим) «затерялись» и матросы с их «Яблочком», и любимый вальс с тихим плеском волны. Ну как же ж, разве можно было оскорблять братские чувства таким, к примеру, крамольным пением:

 

«…Легендарный Севастополь,

Неприступный для врагов,

Севастополь, Севастополь –

Гордость русских моряков!»

 

Или еще и того круче:

 

«…Севастополь мой,

Где седой волной

Омываются берега,

Как утёс, стоит

Вечной славы щит –

Гордость русского моряка!»

 

 

Толерантность, словно черная дыра, поглотила и песни о славе Севастополя и Одессы, и матросские лихие пляски, и любимые всеми спектакли «Севастопольский вальс» и «Белая акация»… И много чего, как нам потом придумали дурацкое название, «совкового». Заметили ли мы эти потери? Как же! Сами 90-е удались такими лихими, что надолго стало не до «Яблочка», «Белых акаций», «жемчужины у моря» и даже не до славы русских моряков. Да и про «самое синее в мире – Черное море мое» мы долго не вспоминали. И не только потому, что «берег турецкий» стал родней и доступней.

 

Обрушилась вдруг наша эстрада пошлостью юбочек из плюша, белых панам, кусочиков колбаски и «лёх-лёх-лёха-мне-без-тебя-так-плоха». Вместо любимых арий из оперетт, песен об Одессе были брошены нам на потребу только анекдоты с Привоза. Неразборчивость той толерантности будто изрыгнула из себя такую «удаль молодецкую», что вскоре содрогнулись мы от взрыва бомбы в машине Владимира Мигули, убийств Игоря Талькова и продюсера группы «Комбинация» Александра Шишинина... Композиторы Зацепин и Тухманов вынужденно надолго покинули родину – наша эстрада в те годы «курировалась» авторитетами, на ней воцарились безобразные криминальные нравы, процветали пошлость, серость, безвкусица. И как чёрт ладана устрашилась она тогда музыкального гения Муслима Магомаева – отказала категорически и бесповоротно, отказом этим убивая медленно, но тоже наверняка. Какое там его пение «о дружбе большой, о службе морской», что еще за «Королева красоты», о чем вы? – пришло времечко «шальных императриц», мадамброшкиных, «банька-моя-я-твой-тазиков»…

 

А ведь этой «банькой с тазиком» мы вполне себе могли выплеснуть то, что сейчас по праву стали называть достоянием республики, – своё культурное наследие. Наше счастье, что далеко не все готовы были «гибнуть за металл».

 

 

…Наконец-то времена меняются. Вот и наш музыкальный театр к 70-летнему юбилею Победы поставил в прошлом году новый спектакль «Севастопольский вальс». После перерыва в несколько десятилетий, кстати.

 

Еще один яркий пример. В 2007 году поэт и бард Александр Городницкий написал песню «Севастополь останется русским». Вот что рассказал он об истории этой песни, которая буквально мгновенно стала любимой каждым севастопольцем:

 

«Ежегодно я приезжаю на фестиваль "Балаклавские каникулы". Андрей Соболев, редактор «Севастопольской газеты» и председатель оргкомитета фестиваля, с обидой рассказывал мне о ситуации в городе и в Крыму в целом в отношении русского населения: что закрыли вещание российских каналов, что детей заставляют читать Пушкина в украинском переводе и так далее. Мне стало обидно за державу. С Севастополем меня связывает долгая история — я работал в гидрографии Черноморского флота ученым. Севастополь — мой любимый город. Я сказал Андрею Соболеву, что написал песню, но могут быть неприятности. Когда я первый раз спел припев "Севастополь останется русским", по зрителям как электричество пошло. Я сам не ожидал и испугался. Они все встали и начали подхватывать эту песню, которая стала такой известной каждому и любимой. Я открыл Интернет и поразился – на эту песню было более 500 тысяч заходов. Она была не конъюнктурно написана, а до всех событий. Но песня стала своеобразной поддержкой всего русского населения Крыма и Севастополя».

 

Вот они, слова этой песни-поддержки.

 

 

Севастополь останется русским

 

Пахнет дымом от павших знамен,

Мало проку от битвы жестокой.

Сдан последний вчера бастион,

И вступают враги в Севастополь.

И израненный молвит солдат,

Спотыкаясь на каменном спуске:

– Этот город вернется назад –

Севастополь останется русским!

– Этот город вернется назад –

Севастополь останется русским!

Над кормою приспущенный флаг,

В небе мессеров хищная стая.

Вдаль уходит последний моряк,

Корабельную бухту оставив,

И твердит он, смотря на закат

И на берег покинутый, узкий:

– Этот город вернется назад –

Севастополь останется русским!

– Этот город вернется назад –

Севастополь останется русским!

Что сулит наступающий год?

Снова небо туманное мглисто.

Я ступаю в последний вельбот,

Покидающий Графскую пристань.

И шепчу я, прищурив глаза,

Не скрывая непрошеной грусти:

– Этот город вернется назад –

Севастополь останется русским!

– Этот город вернется назад –

Севастополь останется русским!

 

А еще давайте вспомним накануне святого Дня Победы песню «Ты – одессит, Мишка». Кто хотя бы раз слышал её в исполнении Леонида Утесова – у того память сохранит и этот голос, и эту песню, годы будут не властны над ними.

 

Ты – одессит, Мишка

 

Широкие лиманы, зеленые каштаны,

Качается шаланда на рейде голубом...

В красавице Одессе мальчишка голоштанный

С ребячьих лет считался заправским моряком.

И если горькая обида

Мальчишку станет донимать –

Мальчишка не покажет вида,

А коль покажет, скажет ему мать:

 

Припев:

«Ты – одессит, Мишка, а это значит,

Что не страшны тебе ни горе, ни беда:

Ведь ты моряк, Мишка, – моряк не плачет

И не теряет бодрость духа никогда».

 

Широкие лиманы, поникшие каштаны,

Красавица Одесса под вражеским огнем...

С горячим пулеметом, на вахте неустанно

Молоденький парнишка в бушлатике морском.

И эта ночь, как день вчерашний,

Несется в крике и пальбе.

Парнишке не бывает страшно,

А станет страшно – скажет он себе:

Припев.

 

Широкие лиманы, сгоревшие каштаны,

И тихий скорбный шепот приспущенных знамен...

В глубокой тишине, без труб, без барабанов,

Одессу покидает последний батальон.

Хотелось лечь, прикрыть бы телом

Родные камни мостовой,

Впервые плакать захотелось,

Но комиссар обнял его рукой:

 

Припев.

 

Широкие лиманы, цветущие каштаны

Услышали вновь шелест развернутых знамен,

Когда вошел обратно походкою чеканной

В красавицу Одессу гвардейский батальон.

И, уронив на землю розы

В знак возвращенья своего,

Наш Мишка не сдержал вдруг слезы,

Но тут никто не молвил ничего.

 

Припев:

Хоть одессит Мишка,

А это значит –

Что не страшны ему ни горе, ни беда,

Ведь ты моряк, Мишка, моряк не плачет,

Но в этот раз поплакать, право, не беда!

 

 

Стихотворение «Ты – одессит, Мишка» было написано Владимиром Дыховичным в конце 1941 года. Музыку тогда же написал Модест Табачников. А чуть позже эти стихи на другую мелодию положил пианист Государственного джаз-оркестра РСФСР под руководством Леонида Утёсова Михаил Воловац. Песню исполнил Утёсов, записал её на грампластинку, спел в фильме-концерте. Так и пришла всенародная известность именно мелодии Воловаца.

 

После освобождения Одессы в 1944 году Владимир Дыховичный написал продолжение песни – последний куплет про возвращение Мишки в Одессу.

 

Давайте же не предавать забвению в угоду толерантности то, что у нас в самом сердце, теперь уже наверняка и в генах. У многих, во всяком случае. Когда-то пели: «Нам песня строить и жить помогает». А было время – песни воевать и побеждать помогали. Помогали выжить. И никакой толерантности мы их не должны сдавать.

 

Не предадим – и не будем преданы.

 

Источник фото

Галина Костина

Иркутские кулуары

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить


"Иркутские кулуары" - уникальный случай соединения анархо-хулиганского стиля с серьезной содержательностью и ненавязчивой, то есть не переходящей в гламур, глянцевостью. В кулуары обычно тихонько заглядывают. А тут нечто особенное - журнал не заглядывает в кулуары иркутской жизни, а нагло вваливается туда. И не для того, чтобы тихонько поподглядывать, а для того, чтобы громко поорать.

Сергей Шмидт, кандидат исторических наук

Архив новостей

Июль 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6

Мысли напрокат

10846369_970167309664458_5003983648122213054_n.jpg