вверх
Сегодня: 05.03.21
3.png

Путь в командоры

В традиционной рубрике «Иркутск минус сто» мы продолжаем публиковать свежие, ещё не видевшие свет рассказы Валентины Рекуновой. Этот сюжет не вошёл в третий том «Иркутских историй»   он уже готов к печати. Но, возможно, с него начнётся какая-то новая книга нашей дежурной по времени!  

nike pegasus 89 maroon blue pink shoes black pants

 

 

Вот уже третий день вокруг гимназиста Павла Демьянчикова собираются старшеклассники, и инспектор Александрович изо всех сил напрягает свой слух. Но улавливает лишь обрывки из фраз: «25 мая…», «DUX», «командор», «Туринг-клуб»...

Встревоженный Александрович вызванивает Демьянчикова-отца, благо и повод, кажется, есть: Павлик резко прибавил в учёбе.

— Общими, так сказать, усилиями… столь очевидный прогресс… по предметам, – инспектор утыкается в классный журнал, словно ищет в нём нужный поворот в разговоре. В гимназии всем известно: чем суше Александрович держится и чем отрывистей говорит, тем более заинтересован.

Демьянчиков-старший, напротив, открыт и в любой разговор вносит ясность и естественность. Он и теперь, догадавшись, в чём дело, сразу же пускается в объяснения:

— Мы с супругой испробовали много способов пробудить интерес Павлуши к наукам, но сработал-то именно эффект командора Чернякова.  

 — О каком Чернякове речь? Уж не о нашем ли бухгалтере-письмоводителе?

— Нет. У вас служит его брат Иннокентий. Ещё один брат (Константин) на такой же должности в промышленном училище. Я же имею в виду Александра Константиновича Чернякова, чиновника почтово-телеграфной конторы.

— Он как-то связан с нашей гимназией?

— Полагаю, никак. Просто это современный молодой человек, очень деятельный: узнал, что велосипедисты–путешественники объединяются в Туринг-клубы – и открыл такой же в нашем городе. И стал в нём командором.

 

Иркутский велосипедист. Фото из собрания Р.Г. Берестенёва

 

26 декабря 1899 г. при Иркутском обществе велосипедистов открыто отделение Русского Туринг-клуба. Председателем избран В.Н. Почекунин, командором – А.К. Черняков, товарищем командора – Г.В. Попов, казначеем – В.А. Лисснер, секретарем – К.К. Грюбберг, членом комитета – Э.К. Шпарварт.

— Сибирь не годится для продолжительных путешествий на велосипеде.

— Вот и я был уверен, что всё ограничится прогулками по окрестностям, но 25 мая нынешнего, 1901, года стартует велопробег Иркутск – Петербург. Причём Черняков отправляется безо всякой поддержки, в одиночку. Рискованно, да. Возможно, и не очень разумно. Но в гимназическом возрасте опасности завораживают, и мы с супругой решили этим воспользоваться: Павлуше обещан велосипед, подписка на журнал «Циклист» и  знакомство «с самим командором», если только он окончит учебный год с Похвальным листом.

 — Этот журнал он, видимо, и показывает на переменах, – вслух подумал Александрович. – Возможно, и агитирует в Туринг-клуб. Или всё же уставной документ выставляет рогатки для гимназистов?

— Сколько я понял, есть ограничения для учащихся юнкерских и духовных училищ. Равно как и для поражённых в правах, состоящих под надзором полиции. Перед  гимназистами старших классов двери не закрываются.

— В таком случае у меня к вам просьба, Георгий Викторович: пригасите-ка этот пропагандистский пыл у Павлуши – и тогда уж он точно может рассчитывать на Похвальный лист.

 

Иркутские велосипедисты. Фото П.С. Жутеева из собрания Р.Г. Берестенёва

 

Только бы клубные не увидели!

Между тем Черняков уже заканчивал подготовку к старту, и члены Туринг-клуба договорились проводить командора до селения Суховского. Там предполагалось сфотографироваться, и у Павлуши Демьянчикова была маленькая надежда как-нибудь попасть в кадр на своём новеньком DUXе. В том, что это будет именно DUX, он нисколько не сомневался, ведь уже и отец признавал очевидные преимущества этой марки. Но в магазине у Яковлева Георгий Викторович неожиданно засомневался:

— Конечно, в лёгкости и изяществе DUXу нет равных, однако важна ведь и прочность, а может ли быть уверенность…

— Но, папа! Командор едет до Петербурга на DUXе!

— Через два дня ожидаем новые поступления, – некстати подсуетился приказчик. – Напрямую от заводчиков поступит товар, так что выгадаете!

Отец повёлся и, как оказалось, зря: сначала вагон задержался в пути, затем его потеряли на станции Иннокентьевской, а когда нашли, затянули с разгрузкой – коротко говоря, за день до черняковского старта Демьянчиковы разыскали слесарную мастерскую и, уплатив пять рублей за прокат, выбрали одну дорожную марку. Хоть, откровенно-то говоря, выбирать было не из чего: ни один из предложенных велосипедов доверия не вызывал.

Но следующее утро началось хорошо: Демьянчиков-младший встал без будильника и чуть не первым прибыл  к дому на Мыльниковской, где проживал командор. Когда трогались, он деликатно пропустил вперёд всех членов клуба и так, замыкающим, проехал до пятой версты Московского тракта. После чего колёса враз обмякли – как потом оказалось, камеры были латаны-перелатаны. Павлуша спрятал в кустах отяжелевшего «коника» и потрусил к городу, желая лишь одного – чтоб его не заметил на обратном пути кто-нибудь из клубных.

Владелец мастерской ничуть не смутился при виде лежащего на подводе велосипеда:

— А никто и не говорил, что мы хорошие ремонтёры. Хорошие-то, они в мастерских промышленного училища обитают. Нам туда путь закрытый, но зато мы даём велики на прокат, а они не дают! Бог уж знает их, почему.

 

1.       Иркутское общество велосипедистов долгое время возглавлял купец Н.В. Яковлев

 

Неожиданный поворот

Лишь четвёртого июня долгожданный DUX появился во дворе у Демьянчиковых. А 5 июня Павлуша обкатывал его на Большой. Как назло, не оказалось ни одного гимназиста, но барышни дефилировали, и в какой-то момент показалось, что две хорошенькие головки повернулись в его сторону… Но настоящим предметом внимания оказался торговец Рубанович, ехавший несколько  впереди. У Русско-Китайского банка он спешился и, вынув из сумки велосипедный замок, вкатил DUXa в «предбанник». «Богатый, вот и разрешают ему», – обиженно подумал Павлуша и быстро-быстро закрутил педалями, уносясь к Верхней Набережной.

Там тоже не обнаружилось никого из знакомых, и пришлось возвращаться, с робкой уже надеждой сразить хоть кого-нибудь. У Русско-Китайского банка мужчина в шляпе с большими полями осёдлывал DUX Рубановича – Павлик опознал его по перерезанному тросику замка. И чуть было не вскрикнул, но всё-таки сдержался, свернул на Луговую и оттуда уже «повёл» вора. Возле усадьбы мещанина Мошкова, что на протоке Ангары, незнакомец спешился, открыл калитку собственным ключом и исчез в проёме.

Павлика распирало от нетерпения, но он не знал, искать ли ему Рубановича или же отправиться прямо к полицмейстеру (городовой показался теперь слишком мелкой сошкой): «Возможно, Рубанович ещё в банке, но я ведь не могу оставить велосипед без надзора, а просто дожидаться  у входа глупо – за это время украденный  DUX разберут, перекрасят, перебьют номера. Лучше прямо к полицмейстеру ехать, только вдруг его нет на месте? Ладно, подожду у банка, но минуту, не больше!»

Рубанович стоял у поворота на Луговую, и уже в компании с городовым. Растерянным он не выглядел («Видно, не впервой ему», – промелькнуло), Павлушу сдержанно похвалил, немедленно взял извозчика, и все вместе они помчались на протоку.

Мошков нисколько не удивился их появлению, однако и тревоги не выказал никакой. Руки у него были в краске, а в завозне стояли два новеньких DUXа – Рубановича и, как потом оказалось, торговца  Тышковского. В отдельном сарайчике выстроилась линейка уже перекрашенных велосипедов с перебитыми номерами.

 — Двадцать пятое заявление с начала лета, – тоскливо констатировал помощник полицейского пристава 4-й полицейской части.

 

Циклодром иркутского общества велосипедистов изначально был открыт для всех горожан

 

Из газеты «Восточное обозрение» от 25 июля 1900 г.: «ВЕЛОСИПЕД РАЗЫСКАН! Недавно мы сообщали о покраже из городского сада 12 июля велосипеда, принадлежавшего одному из членов здешнего «общества рыцарей стального коня» г-ну Прейсману, взявшему на гонках приз первого ездока в г. Иркутске. Теперь, как мы слышали, покраденный спутник г. Прейсмана разыскан им… в городском ломбарде! Предприимчивый похититель, сообразив, что ездить на нём по улицам города небезопасно, заложил его за сорок рублей. Квитанция – на имя какого-то Иванова, и, вероятно, фамилия вымышлена. Г-ну Прейсману за выкуп своего верного слуги из городского ломбарда пришлось уплатить взятую под него сумму. Похититель, конечно, не обнаружен».

Черняков достиг Петербурга 14 сентября 1901 года, пробыв в пути без малого четыре месяца. А 14-го ноября товарищи по Туринг-клубу чествовали его ужином в иркутском ресторане «Россия». Гимназиста 8 класса туда и близко не подпустили б, но накануне командор зашёл в редакцию «Восточного обозрения», и его «рассказ об ужасных лишениях» (так определил его репортёр) навёл журналистов на мысль опубликовать дневник путешествия.

— Александр Константинович прямо не обещал, но и не отказался, – доверительно пересказывал Павел газетную публикацию.  Одноклассники млели.

Однако записки командора так и не появились в печати. А два года спустя, в 1903-м, повзрослевший Павел заметил отцу:

— Теперь я, кажется, понимаю, почему Черняков отказался от публикации: слишком тяжёлый получался рассказ. После такого рассказа вряд ли бы захотелось кому-то путешествовать по сибирским дорогам.

— Черняков сам у себя оказался в заложниках: и правду нельзя не сказать, и говорить не хочется. По мне, так лучше предупредить. А тем самым и упредить, – Георгий Викторович достал из газетницы свежий номер «Восточного обозрения» с обведённым абзацем: «В Красноярск прибыл из Парижа французский журналист-путешественник Лелувье. Он планировал пешком пройти из Парижа через Россию и Сибирь в Америку, а оттуда снова в Париж. Под Омском на него напали, отобрав и деньги, и фотоаппарат, и документы. Лелувье оказал сопротивление и убил из револьвера троих из пяти разбойников. Но и сам при этом так пострадал, что пробыл в больнице несколько месяцев. Врачи не советовали ему продолжать путешествие, но он всё же пошёл, и пошёл пешком. Его снова обокрали, и теперь он то едет, то идёт – по самочувствию. Лелувье – опытный путешественник и профессиональный военный, служивший в Китае, Африке, на Мадагаскаре и других опасных местах».

— Да он настоящий профессиональный путешественник: выжил в схватке с пятью разбойниками! – Павел порозовел от восторга.

— А тебе не кажется, что не больно-то и умно так упорно испытывать собственную судьбу? – осторожно усомнился Демьянчиков-старший. – Разве путешественнику не дОлжно быть осторожным и предусмотрительным, скачет ли он на лошади, идёт ли пешком или едет на велосипеде. В этом отношении лично для меня образец Карл Зиберг, идущий сейчас из Владивостока в Копенгаген.

— О, только не Зиберг, ходячая пародия на путешественника! Он ведь и шагу не делает от железной дороги: путевые сторожа и ремонтные мастера передают его будто эстафету, начальники станций уведомляют о нём, как если бы он был поездом, жандармы кормят его и  устраивают на ночлег…  

— Зиберг хорошо сэкономит на дорожных расходах, а когда достигнет своего Копенгагена, то получит весьма круглую сумму – его ведь командировало одно тамошнее издание. Будет печатать дневник его путешествия.

— Ну, пиши пропало: всё поперепутают, коз казаками назовут…

— Этим грешат почти все путешественники! Эдуард Циммерман недавно промчался по Сибири на поезде и теперь повествует нам в «Вестнике Европы», как каждую осень омуль из Ледовитого океана несметными полчищами перемещается в Ангару, а из неё в Байкал, «где и размножается в громадном количестве». По Циммерману, омуль за осень отмахивает пять тысяч вёрст против течения и ещё успевает отнереститься.

— Надо ж, а мы и не знали, какие богатства у нас прямо под понтонным мостом! – расхохотался Павел.

— Да уж, без размаха живём, – подхватил отец. И добавил уже после некоторого раздумья. – Но мы с твоей матушкой рады, что ты не участвуешь в авантюрных пробегах.

— А их покуда и не было больше. Кстати, 25 мая наш Туринг-клуб в полном составе отправляется в селение Лиственничное. Отъезд от Амурских ворот в 10 часов утра. Можешь с нами сфотографироваться.

 

 

 

Циклодром иркутского общества велосипедистов изначально был открыт для всех горожан

 

Валентина Рекунова

 

Иллюстратор Александр Прейс

 

Валентина Рекунова

Иркутские кулуары

Комментарии  

#3 Лариса 14.09.2016 20:09
Валентина Михайловна! Как всегда, очень занимательно и увлекательно!
Цитировать
#2 Редакция журнала 14.09.2016 11:50
Это достойный журнал очень рад, что с нами сотрудничают такие авторы - вдумчивые, ироничные, душевные)
Цитировать
#1 Константинова Лариса 13.09.2016 09:15
Валентина Михайловна, от всей души благодарю за рассылку. Я очень рада за Вас, за то, что вы публикуетесь в таком достойном журнале, наверное, единственном подобном в Иркутске.
Успехов Вам!
Цитировать

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

-Нельзя сказать, что "Иркутские кулуары" мы воспринимаем, как единственный источник информации, но то, что он заставляет взглянуть на привычные события под другим углом, это да. Это журнал, который интересно именно читать, а не привычно пролистывать, как многие современные издания. Не всегда мнения авторов созвучны твоему собственному ощущению, но определенно, позволяют увидеть многое из того, мимо чего сами бы прошли не останавливаясь. Бесспорно, "Иркутские кулуары" удачное продолжение телевизионного проекта "В кулуарах", который придумал и талантливо реализовал Андрей Фомин.

 

Андрей Хоменко, профессор, ректор ИрГУПС

Entrainement Nike