вверх
Сегодня: 22.10.18
1.png

В гостях у писателя

Выход нового романа, юбилейные торжества, подготовка к печати свежих рассказов, дачно-байкальские хлопоты – у писателя Владимира Максимова много забот. Наш журналист Александра Кирияк послушала автора да поспрашивала, как он докатился до жизни такой.

 

Пойдемте, я покажу вам одну раритетную вещь, – говорит он и ведет меня на лестничную площадку, где к решетке перил пристегнут замком старенький, без новомодных скоростей и прочих современных гаджетов, велосипед Харьковского велосипедного завода (ХВЗ) «Старт-шоссе».    

 

Он – это иркутский писатель Владимир Максимов. Велосипед – тот самый, на котором он участвовал в велопробеге Пекин – Париж (1993 г.), организованный иркутской фирмой совместно с ЮНЕСКО. Велосипеду без малого двадцать пять лет, и он до сих пор на ходу! Для Владимира Павловича это мероприятие было чистой авантюрой. Организаторы акции хотели доказать всему миру, что можно преодолеть 16 тысяч километров без загрязнения окружающей среды. Максимова пригласили для освещения мероприятия, и он поехал в машине сопровождения от Иркутска. Когда в Красноярске коллеги-журналисты подарили велосипед, он, как человек азартный, не устоял и присоединился к велопробегу. Из 47 человек (в составе команды были русские и иностранцы) до конечного пункта доехали только пятеро россиян. Одним из них был иркутянин Максимов.    

 

 

Промежуточный финиш велопробега

 

– Думал, на финише обязательно будут американцы (их велосипеды были сделаны по последнему слову техники – очень легкие) и немцы, их физическая подготовка была на высоте, но американцев победили «москитос» («комары». – Авт.), а немцам недоставало комфорта и привычных сосисок с пивом. Психологически они оказались намного слабее нас.    

 

Велопробег Пекин-Приж 1993 г.

 

Пражский меридиан

 

 

Именно на «Старт-шоссе» Владимир Павлович практически каждое утро доезжает до острова Юность. Многие пенсионеры могут только позавидовать его спортивной форме, а ведь 29 июня у него был юбилей – 70 лет. С утра обязательная зарядка, контрастный душ и несколько часов плодотворной писательской работы до обеда.   

 

– Когда тебя посетит вдохновение – предугадать невозможно, – признается Владимир Павлович, – однако поработать можно всегда: вычитать написанное ранее, внести правку. Иногда пишется легко, словно кто-то диктует сверху, но все равно потом приходится много править. При этом важно соблюдать золотую середину. Нельзя полностью выхолаживать текст, иначе в нем не будет души.    

 

В свое время он окончил охотоведческий факультет Иркутского сельскохозяйственного института, а затем – Литературный институт имени Горького в Москве. Благодаря всесоюзным практикам от сельхозинститута удалось побывать во многих уголках России. Большая часть этих путешествий легла в основу литературных произведений – все наблюдения будущий писатель тщательно записывал в дневник. «Мир мал, а Россия велика», – к такому выводу он пришел, побывав на Чукотке, Сахалине, Камчатке, а позже в Европе, Канаде и Японии.    

 

 

Где-то на севере

 

 

Читателей всегда интересует, какова доля вымысла в книгах того или иного автора. Так вот, по утверждению Владимира Павловича, в его произведениях почти все автобиографично, а если долю выдумки выразить в процентах, то это всего лишь 10-15%.    

 

За плечами у Максимова 40 лет писательской деятельности:   

 

– Все получилось спонтанно. В школе я учился плоховато, но мне нравился спорт. Лет с четырнадцати–семнадцати свое будущее видел в хоккее с шайбой и грезил НХЛ. Я достиг определенных успехов: хорошая скорость и реакция. Но вот ростом не вышел. Однажды на соревнованиях меня буквально припечатал к бортику противник, чья весовая категория значительно превышала мою. Тренер мне тогда сказал: «В следующий раз тебя будет проще закрасить, чем отшкрябать от стенки».  В 14 лет бабушка подарила сборник стихов Есенина, который вдохновил на творчество. Я исписал четыре тетради своими стихами, а потом их сжег, о чем ни разу не пожалел. Очень сложно переносить свои мысли на бумагу в неизменяемом виде. Я понял, что писательство – это как покорение Эвереста. Казалось, слишком недосягаемая для меня вершина.    

 

Мастер спорта по стрельбе из лука вспоминает былое на даче в Порту Байкал, 2015 г. 

 

Мама хотела, чтобы после окончания школы я поступил  в  медицинский. Начал сдавать экзамены, был неплохой шанс поступить, но… забрал документы. В институте на меня смотрели, как на идиота. Я же решил взять тайм-аут и устроился работать осмотрщиком вагонов.    

 

Иногда словно Господь Бог тебя ведет и указывает дорогу… Я узнал, что в Иркутском сельскохозяйственном институте есть охотоведческий факультет  со  всесоюзной практикой. Поскольку я всегда был любознательным, то решил поступать именно туда. Позже, обучаясь в аспирантуре Зоологического института в Ленинграде, написал заявление об  уходе. Многие меня не поняли.  Имея за плечами небольшой литературный опыт (первый рассказ-быль Максимова «Парфеныч» был напечатан в газете «Ангарские огни» 31 декабря 1967 года, когда он работал осмотрщиком вагонов, стихи и рассказы периодически выходили в городской газете Ангарска.  –  Авт.), я для себя решил: «Лермонтов в 28 лет уже умер, а я еще ничего толком не написал».    

 

Так у нас в России повелось, что ранняя смерть поэта и писателя – это как проверка на «настоящность» и талантливость. С одним из рассказов Владимира Павловича «Загон» о волке, написанном в начале 80-х, связана забавная история. Однажды на иркутском железнодорожном вокзале Максимов случайно встретил иркутского писателя Кима  Балкова, который признался: «Прочитал рассказ «Загон». Это лучшая твоя вещь. Пора помирать. Умри классиком».   

 

– Я не умер, – смеется Максимов, – и после этого написал еще некоторое количество неплохих рассказов и повестей.    

 

Кстати, именно благодаря «Загону» и еще двум рассказам Владимира Павловича приняли в Союз писателей России. Веским основанием «за» послужило лаконичное выступление Валентина Распутина: «Максимов внимателен к себе и очень взыскателен как литератор».   

 

– Сейчас я понимаю, насколько это выглядело нелепо, смешно и самонадеянно – ни единой изданной книги, а я претендую быть наравне с такими известными писателями, как Вампилов и Распутин.     

 

И все же регалии, звания и деньги для Максимова никогда не были чем-то основополагающим в его жизни. Для него, например, гораздо важнее отзыв читателя-охотника с Дальнего Востока: «Как хорошо вы описали природу Сахалина». Наверное, не менее важно и то, что его книги востребованы читателями, а не лежат мертвым грузом под кроватью. Сегодня большая редкость получить гонорары от издания. Гонорары выдаются книгами, которые писатели сами и продают.    

 

Деньги на издание своих произведений писатели тоже ищут сами.    

 

– Мне везет на спонсоров. Все происходит совершенно неожиданно для меня. Люди делятся бескорыстно, как бы мимоходом, ничего не требуя взамен. С миру по нитке – и книга издана. Видимо, я везунчик по жизни. Это огромное счастье, что я благодарю Бога чаще, чем прошу.    

 

Владимир Павлович признается, что он оптимист по жизни, а 70-летний юбилей для него – не время, когда можно отдохнуть и расслабиться. Впереди редакторская работа над десятью уже написанными рассказами.    

 

В гостях у сестры в Ангарске

 

В самодельной коляске с другом Шариком

 

 

 

Выступление на утреннике в детском саду с сестрой Галей

 

С отцом Павлом Павловичем

 

С сыном Димой в Байкальске, 1983 г.

 

-Сынок, я научу тебя любить скорость!

 

 

 

Александра Кирияк

Иркутские кулуары

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

- Нет, мне все у вас нравится, но хотелось бы побольше определенности в выражении политической позиции журнала… Вы все-таки за нынешнюю власть или против? А то читаешь «Иркутские кулуары» и часто не можешь понять, вы ругаете или хвалите…

 

Александр Ахмедов, студент