вверх
Сегодня: 16.12.18
13.png

Пещерный потенциал: что мешает сделать пещеры туристическими объектами?

Пещеры Иркутской области могут быть привлекательным туристическим продуктом. Но только в том случае, если для законов, которые сочинили чиновники, появится механизм исполнения. Пока же национальный парк «задраивает люки», преграждая туристам несанкционированный путь в пещеры, а «дикий» бизнес пытается сорвать хотя бы небольшой куш с тех пещер, куда не закрыт вход.

 

 

Пещера Мечта – на северо-западном берегу Байкала, в Тажеранских степях. Протяженность ее ходов меньше километра, глубина - всего 52 метра, но здесь очень красивые и залы, и гроты. В пещере несколько залов: Тронный высотой до 15 м, Музыкальный, где натеки издают удивительный звон при прикосновении. Фото: bigtranstour.ru

 

Ресурс есть, структуры нет

 

Научный сотрудник Института географии им. В. Б. Сочавы, кандидат географических наук Владимир Преловский, который увлечен пещерами со студенческих лет, считает рекреационный потенциал подземного мира категорически недооцененным.

 

-- Одно из самых перспективных направлений вообще в мире – спелеотуризм. Карстовую Мамонтову пещеру в штате Кентукки, самую протяженную в мире (только ее исследованная часть -- 587 км), посещает более 500 тыс. туристов в год. В Айсризенвельт – ледяную пещеру в Австралии -- канатной дорогой доставляется около 2,5 тыс. туристов в день. В России самую популярную пещеру – Кунгурскую, расположенную в Пермском крае, - ежегодно посещают от 50 до 80 тысяч туристов. Активный туризм, кстати, наиболее динамично развивается на российском рынке туруслуг. В посещаемых пещерах все оборудовано, имеется иллюминация, обязательно есть экскурсионное обслуживание, они доступны почти для всех возрастных групп, для людей разной физической подготовки. Россия, конечно, сильно отстает от всего мира, у нас всего восемь оборудованных пещер, тогда как в США – 169, во Франции -- 110, в Японии – 94 и так далее.

 

Иркутская область располагает уникальными ресурсами, которые позволяют рассматривать регион как перспективный. В Прибайкалье огромный «пещерный потенциал»: на нашей территории открыто и в какой-то степени изучено более 200 пещер. Из них 49 имеют длину более 100 м, 7 – более 1000 м. В Иркутской области находится самая протяженная пещера в России – Ботовская, ее длина на данный момент -- более 66 км.

 

Пещеры Иркутской области уникальны тем, что здесь найдется объект интереса и для научного туризма, и для рисковых кейверов, и для детей на познавательных экскурсиях. Но отсутствие развитой структуры регионального туризма не способствует развитию этого направления. Хотя уже достаточно много турфирм вводят в программу своих экскурсий посещение какой-нибудь легкодоступной пещеры, -- рассказывает Владимир Преловский. Но по сути это тот же несанкционированный и разрушительный дикий туризм. Ведь пещеры требуют особого обращения.

 

Пещера с платным входом

 

Институт географии изучил рекреационные возможности 11 самых известных пещер: Нижнеудинских, Шаманской на мысе Бурхан на Ольхоне, Ботовской в Жигаловском районе, Аи-Рядовой, Часовни, Политехнической, Охотничьей в Большом Голоустном, Мечты, что на МРС, Аргараканской недалеко от Качуга, Волглой в районе Большого Луга.

 

-- Большинство наших пещер находятся в малоосвоенных районах, они труднодоступны и не оборудованы. Для того чтобы дойти до них, часто требуется совершить переход продолжительностью от 5 до 17 часов. Наиболее труднодоступные – Ботовская, Аргараканская, Нижнеудинские, которые расположены в слабообжитых территориях со сложным рельефом. Ботовская посещается только зимой, так как значительный отрезок пути -- около 90 км -- можно преодолеть только по льду замерзшей реки на снегоходе. Железнодорожный транспорт можно использовать только чтобы добраться к пещерам на Олхинском плато – к пещере Волглая, а также для максимального подъезда к Нижнеудинским. Но если поездка к Волглой самая недорогая (турист укладывается в 40 рублей, доезжает до Большого Луга, и там ему 15 минут идти до входа в пещеру), то наиболее дальняя поездка как раз в Нижнеудинск: расходы увеличиваются многократно. Ведь нужен дополнительный транспорт, чтобы добраться до входа в пещеру, кроме того, придется оплатить услуги проводника, которые различаются в зависимости от сезона, – объясняет Преловский.

 

Проводник потребуется во многих пещерах. Но получить экскурсионное обслуживание можно только в пещере Мечта, которую опекает одноименный спелеоклуб. Спелеологи берут плату за вход – 250 рублей с гражданина РФ и 500 рублей с иностранца. За эту сумму они могут провести экскурсию и дать в аренду необходимое снаряжение. Это единственная пещера с платным входом.

 

Нижнеудинские пещеры, большая и малая -- в 62 км южнее Нижнеудинска, на скале горы Богатырь. Пещеры относятся к памятникам природы регионального значения. В одном из отдаленных ходов большой пещеры сохранился застывший водопад. В малой есть извилистый ход, который называется «Проклятая дыра». В Нижнеудинских пещерах много останков древних животных. Фото: tourprom.ru

 

Привлекательность пещер зависит от достопримечательностей – геологических, ископаемых остатков, культурных объектов. Где-то есть следы пребывания древнего человека, где-то пещеры имеют целительные свойства. В зависимости от особенностей наши пещеры интересны для разного туризма. К примеру, для тех, кого волнует геологическая наука, привлекательны Мечта, Охотничья, Ая, Ботовская, Аргаракан, интересные в геологическом смысле. Для археологов и этнографов наиболее интересны Часовня, Ая, Шаманская. Палеонтологам и специалистам по спелеофауне придутся по вкусу Нижнеудинские пещеры, Охотничья, Ботовская, Аргараканская, где найдено много останков древних и современных животных. Палеонтологический материал может стать частью большой экспозиции.

 

 

Пещера Ботовская – в 90 км от Жигалово вниз по Лене, недалеко от села Коношаново. Это запутанная лабиринтообразная сеть ходов, закартографированная в 1946 году геологами. Вторую карту сделали в 80-х члены Иркутской городской секции спелеологов. Позже ее изучали топографы ВостСибНИИГГиМСа, затем присоединились спелеологи из клуба «Арабика», сегодня этот проект ведет Александр Осинцев. Пещера открыта не до конца, с каждым годом исследованная область все удлиняется. Фото: ogirk.ru

 

Для познавательного туризма важны красота и таинственность, сакральность. Пещеры Мечта, Шаманская, Ая и Часовня, которые обросли легендами и удобно расположены, как раз подходят под эту категорию. Крупные Охотничья, Аргараканская, Ботовская также имеют эстетические достоинства, но до них трудно добраться.

 

Из 41 пещеры, исследованной археологами в границах Прибайкальского нацпарка, в половине был найден археологический материал. И наиболее известная и интересная в этом отношении -- Шаманская пещера, которая расположена в бухте Бурхан. Окутанная преданиями и легендами, она является одним из самых посещаемых мест Байкала. Она и сейчас наиболее значима для местных жителей как сакральная, в ней по сей день проводятся обряды.

 

-- Наиболее благоприятно в отношении спелеотуризма западное побережье Байкала, где рассыпано более 50 пещер с различной сложностью прохождения и высокой степенью привлекательности. Было бы хорошо включить эти пещеры в экскурсию по Большой байкальской тропе. С этим предложением мы уже вышли к представителям ББТ.

 

Без регламентов и света

 

Главная сложность, по словам Владимира Преловского, в том, что у нас не разработана законодательная база, регламент, который позволил бы использовать эти памятники природы без ущерба для них самих-- 85 пещер в Иркутской области включено в кадастр памятников природы. Также это необходимо для развития отрасли – ведь невозможно направить туристический поток туда, где нет элементарного оборудования.

 

-- Многие пещеры, к примеру, требуют особого освещения. Даже в пещере Мечта, самой доступной на Малом море, без хорошей подсветки делать нечего, ни один фонарь не пробивает пещерную темноту дальше 10-15 метров, – объясняет особенности спелеотуризма Владимир Преловский.

 

Чтобы «настроить» турпоток, лучше всего передать пещеры коммерческим структурам – как это сделано в других странах. При этом они находятся под постоянным контролем научной общественности и попечителей. Но российская проблема в том, что взаимосвязи между коммерцией и особо охраняемыми зонами (в зоне Прибайкальского национального парка расположены наши пещеры, которые легко доступны или относительно доступны и которые в силу этого можно было бы развивать – прим. ред.), где расположены пещеры, нет.

 

-- У нас заведено так: если мы что-то охраняем, то все и от всех, до упора. Но с другой стороны, российская действительность такова, что если мы развиваем бизнес, то тоже до такого упора, что после в пещеру уже не войдешь. Увы, в России нет законодательной базы, которая позволила бы использовать рекреационный потенциал пещер, регламентируя права и обязанности тех, кто будет их эксплуатировать.

 

Как единственный удачный пример в России ученый приводит Кунгурскую пещеру, где бизнес благодаря взаимопониманию администрации города Кунгур и администрации Пермского края хорошо «влился» в территорию. Там все устроено, есть гостиницы на территории, примыкающей к пещере, в них отдыхает по несколько тысяч человек, все это динамично развивается. У нас территория входит в заповедную зону.

 

В последнее время произошли некоторые изменения относительно особо охраняемых природных территорий - даже если они зарезервированы заповедниками: их все равно нужно развивать, если они особо значимы для туризма. Принят ряд законов. Но дальше этого дело пока не пошло, нет механизмов реализации.

 

Даже пещера Мечта -- удивительное исключение. Она находится на балансе нацпарка, но в нее водят туристов.

 

-- Единственное, что парк сделал – забетонировал решетку, пытаясь оградить ее от всех. Но спелеологи водят экскурсии, и конфликтов нет. Была попытка сделать то же самое с пещерой Охотничья, которая находится в Голоустном, договориться официально. Но возобладало «заповедование» -- поставили решетку. С другой стороны, бизнес незаконно водит в Охотничью тургруппы, проводит там свадьбы и романтические вечера. Подобная самодеятельность плохо сказывается на пещере, ведь увеличение температуры даже на градус приводит к катастрофическим изменениям. Огромную дорогу набили к этой пещере.

 

Сегодня, считает ученый, невозможно разрешить бизнесу делать «пещерный туризм», это может превратиться в вакханалию, в извлечение прибыли любыми способами. «Дикие» туристы тоже наносят большой вред, расхищая содержимое пещер – как, к примеру, пещеры-ловушки Охотничьей, в которой энтузиасты собирали останки животных в мешки и складывали в укромных местах – они могли бы стать демонстрационным материалом в случае открытия пещеры для туристов.

 

-- Но я видел эти мешки разорванными, а кости животных находил на стоянке неподалеку.

 

Для экологичного «пещерного» туризма, по мнению многих, есть одно замечательное средство – геопарки. Но, к сожалению, и российская действительность, и спонсоры изменчивы, а содержание подобных проектов требует постоянных благотворительных вложений. Поэтому пока единственными «друзьями пещер», а также их самыми аккуратными посетителями остаются спелеологи и ученые. Они ждут, когда наши законы позволят осваивать пещеры «на законных основаниях».

 

Любовь Орлова

Источник: baikal.mk.ru

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Я СЛЕЖУ ЗА ВЫХОДОМ ЖУРНАЛА «ИРКУТСКИЕ КУЛУАРЫ» НЕ ПОТОМУ, ЧТО Я ПОЛНОСТЬЮ СОГЛАСЕН СО ВСЕМ, ЧТО ВЫ ПИШЕТЕ И ЧТО ГОВОРЯТ ВАШИ ГОСТИ. СКОРЕЙ, НАОБОРОТ. ИНЫЕ МНЕНИЯ, ОТЛИЧНЫЕ ОТ ОБЩЕПРИНЯТЫХ, РАЗЛИЧНЫЕ ВЗГЛЯДЫ НА ЖИВОТРЕПЕЩУЩИЕ ТЕМЫ – ВОТ ТО, ЧТО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЦЕННО. ЖУРНАЛ ЭТИМ И ИНТЕРЕСЕН. РЕАЛЬНО ИНТЕРЕСЕН.

 

Тимур Сагдеев, депутат Законодательного Собрания Иркутской области