вверх
Сегодня: 22.09.19
3.png

Маргарита Панфилова, главный редактор медиахолдинга «АС Байкал ТВ» о себе и не только

  Вообще-то, Маргарит Панфиловых две. Обе журналистки. Одна - начинающая. Но уже со своим взглядом - посмотрите сделанные ею фотографии, со своим видением - гляньте на её рисунки. Другая знает о журналистике, наверное, всё. Дочка и мама. Мама и дочь. Мы беседуем с Маргаритой Первой.

Она перемерила разные ипостаси и костюмы, сыграла много ролей, но не все - предстоит ещё сыграть. Ощущает себя вполне счастливой, но пока недореализовавшейся. В четвёртый раз уже возвращается в родную телекомпанию. Маргарита Панфилова сегодня - главный редактор медиахолдинга «АС Байкал ТВ». Действительно - первая, то есть скрипка.

 

 

- Рита, каково это - быть первой скрипкой? Не давит?

 

- Ты как моя совесть. Но что поделать, если я чувствую себя лидером? При этом я ведь не просто хочу командовать. Мне кажется, что я единственная знаю, как делать правильно.

 

- О, а я думала, что только я знаю...

 

- Ну, ты, наверное, в своём деле знаешь, а я в своём. Мне нужно всё контроли­ровать - чтобы другие чего не испортили в процессе. Меня за это всё время очень ругает муж. Я и сама вижу, стараюсь ослабить вожжи. На работе я тоже, может, чересчур сильно высовываюсь. Меня в этом Александр Иванович Тюников, президент компании, тоже иногда упрекает, говорит, что не надо лезть туда, где ты дилетант. Но я-то знаю, куда лезу!

 

- Может, это неравнодушие?

 

- Скорее всего, я ведь не могу себя остановить. Надо бы, а не могу.

 

- Но зато благодаря этому ты действительно идёшь вперёд, что-то осваи­ваешь новое, потом внедряешь его в жизнь. Ведь как ваша телекомпания начиналась?

 

- Да, я помню, когда стала ездить в Шелехов, там была пристройка к дому, и Огородников, Станислав Викторович, один из собственников телеканала - в штанах с надутыми коленями, гвозди в зубах - что-то там приколачивал. Тюников - тоже собственник, они оба своими руками стены делали из кир­пичей - такое было телевидение - своими руками. Коля Тарханов знал, как с видеокамерой обращаться, умел снимать, а Инна Столярова училась ещё в университете - они делали клипы, рекламные программы. Как все тогда кана­лы - пускали видео с кассет, заполняемость эфира была такой. А мы, журна­листы, в это время творили «заговор на диване» - там диван посреди студии стоял. Саша Рябов туда подтянулся, Лена Нупрейчик, Юля Язовская, Нонна Карнаухова. «Давайте что-то делать? Давайте что-то делать!» Я говорила: «Давайте делать новости». Тюников говорил: нет, рано. Это была осень 1994- го. А зимой Тюников пробил грант на обучение в Америке, и меня на полтора месяца отправили туда.

 

- Ты училась в Америке?

 

- Да, правда, программа была рассчитана на журналистов, которые пишут на юридические темы. Никак не близко мне, но специалисты со мной учились хорошего уровня, с ОРТ, с РТР. Общение с ними плюс  то, что я настойчиво про­сила показать нам местные телестудии, многое мне открыло в професси­ональном смысле. Мы были в нескольких городах, видели и крупные, и мелкие станции, и совсем региональные типа нашей шелеховской, причём уровень иногда был пониже, чем у нас. Для меня стало шоком - мы тогда уже нормаль­но монтировали на специальной аппаратуре, а там на радио резали плёнку бритвочкой и склеивали. То есть по сравнению с некоторыми американскими станциями у нас был прогресс. Я вернулась, снова давай убеждать. Был январь. Машин нет - единственная на всю студию, а новости нужно делать в Иркут­ске. Я не отставала. Мне говорят: «Хорошо, давай, но только под твою от­ветственность. И ездить будете на рейсовом автобусе!»

 

- И что, вы с оператором, штативом, камерой – на автобусе? Ха-ха-ха!

 

- Да-с камерой, на автобусе - мы ездили, снимали новости, которые выходили раз в неделю. Конечно, это было немного смешно: попытка сделать что-то серьёзное, не имея на это возможности. Поэтому, мне кажется, над нами и смеялись коллеги.

 

- Ну, судя по тому, что у вас получилось полноценное интересное телевидение, задумка не была настолько нелепой, как тогда каза­лось. И смеялись, получается, зря.

 

- На наши «полувзрослые» новости обратила внимание власть, по­тому что мы никому не подчинялись. Говорили, что думали, не со­блюдали стандартов. Постепенно с нами стали считаться. И шефы в нас поверили, стали больше нас поддерживать. И машины появи­лись, и операторов стали учить. Из Шелехова уже в Иркутск перееха­ли.

 

- Скучали по рейсовым автобусам?

 

- Нет, что ты! Нас перевезли в гостиницу «Сибирь», там мы новости делали на кроватях, что тоже было оригинально, но уже лучше, чем каждый день кататься из Шелехова.

 

- Почему на кроватях?

 

- Для редакции снимали обыкновенный гостиничный номер. А там, кроме кроватей и столов, - ничего. На них мы и тексты писали, и монтировали. Новости были по-прежнему еженедельными. Люди приходили-уходили, команда была в процессе формирования. А по­том гостиница сгорела.

 

- Не из-за вас хоть?

 

- Нет, но мы тоже сидели на первом этаже. У нас был такой Женя Семёнов, человек, который не имел никакого отношения к телевиде­нию, он просто приходил и тусовался с нами. Он случайно заночевал в этом номере, и когда случился пожар, спас всю технику - вынес. И с этой полузапылённой, облитой газовой пеной тех­никой мы переехали в офис на улице Сухэ-Батора - там нашлось более-менее подходящее помещение, и мы провели там значительную часть нашей жиз­ни, и новости ежедневные начались уже там.

 

- А потом?

 

- А потом выяснилось, что у меня такой харак­тер: я люблю что-то запускать, а исполнителем мне быть скучновато. Новости запустились, мы нашли, в каком жанре работать, к тому моменту всё уже стояло на ногах - и мне стало не хватать драйва. Я захандрила. Ежедневная суета неинте­ресна - надо же расти было. Тогда главным нашим учителем по части того, как делать новости, было НТВ. И у ТВ-6 неплохие новости были. Однажды я по­звонила на ТВ-6 - вижу, что они дают новости из регионов, - и напросилась делать им сюжеты из Ир­кутской области.

 

- Ты авантюристка, что ли?

 

- Сейчас уже поменьше. Они мне говорят: делай! Меня это подзадорило. Но потом смотрю - НТВ по­серьёзней, начала сотрудничать с ними, в Иркутске мне совсем стало скучно. В результате я уехала в Москву.

 

- Ты там новости, случайно, не вела? Мне кажется, я видела тебя тогда на НТВ.

 

- Нет, новости я вела только здесь, а там часто делала стендапы - в экран-то хотелось. Теперь я уже понимаю, когда столько молодыхлюдей прошло через мои руки, - мне так нравится звёзд выращи­вать, что кто любит в кадр лезть, из того точно звёзда получится! Нужно иметь какое-то здоровое ли, нездоровое стремление, чтоб тебя видели. А на НТВ всё оказалось не так просто. И Москва сама - я даже не думала тогда, что туризм от эмиграции отличается настолько сильно. Прожила там пол­тора года и поняла, что в профессиональном плане всё равно есть некий предел. В новостях в телеком­пании - в любой, что здесь, что там - та же самая суета. Ну, достигнешь ты уровня известного ве­дущего или журналиста, максимально - получишь собственную программу, затратив усилия, нервы, здоровье. И ради чего? Особенно когда результат уже известен, знаешь, чего ты максимально мо­жешь добиться. Я не из-за денег, конечно, уехала. Тем не менее разница была большая и в финансовом пла­не. Тут, например, зарплата что-то около шести тысяч составляла рублей, а там один гонорар 100 долларов - большая разница. Командировки посто­янные, передвижения какие-то - это было, конечно, знакомо, но там, в Москве, все эти пробки - тяжело. И я, когда вернулась в Иркутск, подумала: наверное, это мой город. Без всякого пафоса. А вернулась ещё и потому, что ребёнку, Маргарите, исполнилось 7 лет, надо было в школу - или туда её везти, или здесь устраивать. Юра Андропов - он там давно работает с регионами - предложил делать сюже­ты из Иркутска для НТВ.

 

- То есть работать собственным корреспондентом НТВ в Иркутске?

 

- В общем, да. Потом, какое-то время спустя, ста­ла делать сюжеты для ОРТ. Я вообще такая непо­стоянная...

 

- Ветреная?

 

- Просто хотелось как-то всё попробовать. Но на ОРТ мне понравилось гораздо меньше. Там структу­ра очень странная. А первые мои премии здесь были получены именно за НТВшные сюжеты. Мы их дела­ли для НТВ, а потом отдавали на «АС Байкал ТВ».

 

- Про какие премии ты говоришь?

 

- Тогда ещё не было регионального «Тэффи», но зато был конкурс «Новости. Время местное», который проводил Интерньюс. Интерньюс - это органи­зация, которая по всему миру, в том числе и у нас в стране, вела работу по повышению професси­онального уровня регионального телевидения. У человека, который работает на Москву, времени гораздо больше, чтоб сделать что-то приличное, чем у журналиста, который пашет каждый день в новостях. Поэтому участие в конкурсах неизменно приносило какие- то награды. И потом, обязательно должен быть оператор, кото­рый тебя понимает. Я выбрала себе оператора и могу быть в нём уверена - кстати, выбрала его на всю жизнь: у нас семья, ребёнка вос­питываем.

 

- Вот как?! А говоришь, что ветреная, непостоянная...

 

- Замуж-то за него я не вышла, мы живём гражданским браком, а за­мужем я никогда не была. И в союзы ни в какие не вступаю.

 

- А что мешает?

 

- Я задумывалась много раз. Но как-то не вижу в этом смысла. Опре­делённая свобода должна быть у людей, а штамп в паспорте ничего не даёт.

 

- Что за свобода - жить в одной квартире, иметь детей, общий быт?

 

- Да это же главное, а не штамп! Потом Интерньюс отправил меня учиться в Лондон, в тренерский центр на базе телекомпании ВВС. По­сле этого пригласили преподавать в Москву. Мы месяц обучали теле­журналистов, которые приезжали туда по конкурсу. Вообще, такая учёба идеальна для журналиста: когда человека учат еще и снимать - он начинает и писать, и мыслить по-другому. Он начинает видеть глазами оператора. Курс делился на две недели теории и две недели практики. Я приезжала тренером на практики. А теоретиками были Светлана Сорокина или другие маститые специалисты. Я съездила несколько раз, и это сказывалось на работе. Иногда приходилось увольняться. Очень благодарна Александру Ивановичу Тюникову, он по жизни поддерживает меня и помогает. И к этому он не относился как к измене, он всем, кто уходит, говорит: «Ищите себя»...

Я вновь вышла на работу, когда он сказал, что нужен кризисный управляющий, что новости разваливаются. 2000-й год. Поработала и... ушла - в декрет, хотя, честно говоря, думала, не вернусь. Дума­ла тогда, что вторая попытка была, наверное, ошибкой. Хотя мне каждый раз интересно. Потому что каждый раз, когда возвращаюсь, Александр Иванович придумывает что-то новое. И каждый раз есть чем заняться. Ну что, опять новости? Нет, не опять новости, по­тому что прямые эфиры начались, техника другая, народу стало больше, возможностей.

 

- И как же ты с маленьким ребёнком ездила опять в Москву - пре­подавать по полмесяца?

 

- Мама молодец, она постоянно молодец, сильно помогает. Она и с первой внучкой сидела, и со второй, когда я работала.

 

- Мама просто героиня! Пока она помогала тебе растить детей, ты продолжала себя изучать.

 

- Да. Так я стала директором телекомпании «Пионер». Тоже такой удар по психике!

 

- Почему же? Тебе ведь нравится быть первой...

 

- Быть директором оказалось не то же самое, что быть первой скрипкой здесь, например, на «АС Байкал ТВ». Там бумаги, финансовые отчёты, документы, налоги - это вообще не моё! Также, как и ра­бота в областной администрации начальником управления пресс-службы. Такая роль меня не устроила. Мне хотелось раствориться, потеряться, и быть совсем мышью. А не скрипкой.

 

- Как ты туда попала?

 

- Это тоже из разряда «попробовать». Хотелось попробовать и там тоже.

 

- Новую реальность?

 

- Да, а потом, после всех этих новых реальностей наступают периоды, когда хочется отсидеться. Эта вся публичность, тусовка очень достают. Я опускаюсь на дно, никому не звоню. А если мне зво­нят -я не отвечаю.

 

- И сколько это длится? Месяц?

 

- Больше, по полгода было. Меня могут куда-то звать, предлагать зарплаты и должности. А я если не могу работать - значит не могу: я опустошён­ная, мне нужно накопить силы. Я взахлёб читаю кни­ги, кино наконец смотрю авангардное и всякое «дру­гое», какое мне нравится, музыку слушаю, бардов и старый русский рок.

 

- А инструмент любимый у тебя какой?

 

- Мне очень нравится скрипка.

 

- Ага! Все-таки скрипка?

 

- И ребёнку моему она нравится. Но когда Лера по­шла в музыкальную школу, я сказала, что скрипка будет у неё вторым инструментом. А главным - фортепиано. Просто когда около тебя пилят... А у фортепиано сегодня есть изумительная функция - можно выключить звук и репетировать в наушни­ках. Так она и занимается.

 

- Да, это классно. А у скрипки звук не выключишь!

 

- У скрипки - нет. Но она всё равно рвётся, у неё под­ружка ходит на скрипку.

 

- А у тебя, наверное, гитара?

 

- Да, гитара и вообще акустические инструменты. Мне Андрей Волченков, наш иркутский музыкант, композитор и аранжировщик, давно уже подарил «Кремону», очень хорошую гитару. Точнее, не пода­рил, а сказал: «Это тебе гитара, пока не научишься играть». Недавно встретила его, говорю: «Гитара стоит, я ещё не научилась». Но всё может быть.

 

- Может, в какой-то из своих перерывов возь­мёшь да и научишься?

 

- Может быть. Я себя ругаю за то, что у меня много планов, и самые важные стоят позади - научиться играть на гитаре, научиться рисовать - вроде это важно, но потом.

 

- А сейчас для тебя что главное?

 

- Сотрудники медиахолдинга сейчас работают над новым проектом. Это собственный новый ка­нал, мы думаем, как его раскрутить, как сделать популярным: сейчас это очень сложно, если канал не тематический. Такой коллективный проект. А личный - доделать то, что снято, и двигаться дальше в этом направлении. Меня интересует до­кументальное кино - это следующий этап после журналистики. Какой тележурналист не мечтает, об этом! Мне нужно закончить фильм. Пока он висит. И я понимаю, что это не лень, а, скорее всего, внутреннее созревание. И ещё оператор - очень ведь важен человек, с которым ты сотрудничаешь. Мужу меня ушёл из этой профессии, он теперь за­нимается другими вещами.

 

- А ты бы для конкурса это сделала или для чего- то еще?

 

- В глубине души я всегда думаю, что надо это куда-то отправить. Чтоб больше людей увидело. Я не умею делать «в стол», как - есть у меня при- ятель-ангарчанин, он мог фотографировать... без плёнки! Но зато так увлечённо! Ему очень нравился процесс. Или делают мои коллеги фильмы по заказу государства, а эти фильмы никто не видит. Я нуж­даюсь в обратной реакции.

 

- Что ещё, кроме фильма, нужно доделать?

 

- Я хочу связать крючком растаманскую шапку - у меня прямо образец лежит, специально в индийском магазине купила, и не могу дойти до этого.

 

- Так, связать шапку. Вполне возможно, начать воспитывать внуков...

 

- Ну, на самом деле, это хорошо, когда маленькие дети у тебя всё время есть в процессе. Это же для себя такой мир открываешь каждый раз! Они ра­стут - и ты не стареешь.

 

- А тебя что, пугает старость?

 

- Нет, не пугает. Меня пугает, что я забываю, какой я была.

 

- Одно дело, какая была, другое - какая ты насто­ящая. Какая?

 

- Да разная всегда. В юности я была полна идей, какие роли сыграть. То я путешествовала без денег - ав­тостопом. Рок-н-ролл форева - бесконечно ездила на какие-то рок-фестивали. Зачем? Я же инстру­ментами не владею, не пою, но я тусовалась - про­фессиональная тусовщица. У меня была свободная квартира - родители оставили меня в Иркутске, у них была острая необходимость уехать, и с 13 лет я жила одна. Поэтому концерты-квартирники по­стоянно проходили у меня. Теперь думаю, сколько ж времени я тратила на эти посиделки! Но в них всег­да было что-то полезное. Сейчас я уже больше, чем раньше, исполняю роль жены и матери. Но дети-то вырастают, и я понимаю, что надо что-то новое сочинять. Можно бизнесом заняться. Такую роль я ещё не играла! Хотя мне будет скучен просто биз­нес. Тут надо или эти растаманские шапки...

 

- ...вязать...

 

- Ну, что-то а-ля. Мне вот нравятся за границей такие маааленькие магазинчики хэнд-мэйд, и я ду­маю, это должно быть что-то такое же. Либо уже переработка пластиковых бутылок, чтоб планету освободить от пластика. Или утилизировать не­нужные шины. То есть ты не просто деньги зараба­тываешь - но и пользу приносишь. Какая-то идея должна быть интересная, гениальная просто. Вот! Всё в процессе.

 

- Желаю не останавливаться!

 

- Спасибо, тебе тоже!

 

Журнал The ONE № 5, февраль 2012

Дата: 13.03.2012

Автор: Светлана Переломова



-Нельзя сказать, что "Иркутские кулуары" мы воспринимаем, как единственный источник информации, но то, что он заставляет взглянуть на привычные события под другим углом, это да. Это журнал, который интересно именно читать, а не привычно пролистывать, как многие современные издания. Не всегда мнения авторов созвучны твоему собственному ощущению, но определенно, позволяют увидеть многое из того, мимо чего сами бы прошли не останавливаясь. Бесспорно, "Иркутские кулуары" удачное продолжение телевизионного проекта "В кулуарах", который придумал и талантливо реализовал Андрей Фомин.

 

Андрей Хоменко, профессор, ректор ИрГУПС