вверх
Сегодня: 04.02.23
16.png

Журналы

«Горки» Красноштанова, или Один день генерального директора

– Посмотри, что ты натворил! Ты что, не мог отвалом на несколько сантиметров левее взять? Плотники и бетонщики днями и ночами уголочек ровно делали, как классно получилось, а ты за один день всё сломал!

 

Алексей Красноштанов – генеральный директор финансово-строительной компании «ДомСтрой» – отчитывает водителя грейдера, который, равняя гравий, повредил... Как же это понятнее, без профессиональных терминов объяснить?

 

Короче, мы на объекте, который называется «Берегоукрепление Иркутского водохранилища в микрорайоне Солнечный». Так вот вертикальная шпунтовая стенка (ну что я сделаю, если она так называется!) как раз защищает берег от размывания и тянется почти на 600 метров от ледокола «Ангара» в сторону причала «Ракета». Высота стенки над водой три с лишним метра. Это пространство выравнивается горизонтально уложенным гравием, на котором впоследствии город обустроит набережную. А верхняя кромка самой стенки, прошу прощения, омоноличена, то есть забетонирована в виде прямоугольной балки. И грейдерист, равняя гравий, прошелся отвалом машины по краю балки.

 

Честно говоря, я вначале даже не обратил внимания на мелкий скол на конструкции, тем более что его длина всего несколько метров. Для Алексея же Николаевича такие вещи незамеченными не остаются.

 

– Ты-то где был? – Это он уже дает разнос начальнику участка. – Неужели непонятно, что грейдер должен пройти на небольшом расстоянии от бетонки? А от края надо отваливать вручную, лопатами! Ставь людей! (летит крепкое словцо)

 

Немного успокоившись, генеральный директор делится своей болью с журналистом: «Ну что, выгнать, что ли, этого начальника? Так ведь не уверен, что другой-то лучше будет. Нет теперь того отношения к труду, к своей профессии, которое было в советское время. Там тоже, конечно, «косяки» случались, но чтобы в таком количестве…».

 

И он машет рукой…

 

8 часов 45 минут

 

Идя на встречу с Алексеем Красноштановым, я, разумеется, знал, что родился он в 1963 году в поселке Витиме Якутии. Отец – капитан речного судна, мать – портниха. Есть брат. Окончил (и с отличием, между прочим) Иркутский строительный техникум. Затем – армия. После увольнения вернулся в Иркутск и поступил на работу в РСУ-7, что в Ленинском районе. А в 1989-м организовал собственное производство, начав со строительного кооператива. В 2009 году был избран в Думу областного центра, а в позапрошлом году стал депутатом Законодательного Собрания.

 

Знать-то я это знал, но хотелось подробностей. Тем более что гендиректор «ДомСтроя» личность не просто заметная, а – заметная очень, скажем так.

 

– Утром два раза в неделю я проезжаю по строительным объектам, – предупредил сразу Красноштанов. – Сейчас мы ведем работу в трех районах Иркутска. Мы строим пять детских садиков, общежитие для бюджетников, делаем берегоукрепление в Солнечном. В принципе, бывать на этих стройках так часто необходимости нет – всё идёт своим чередом, всё отлажено. Но это уже привычка. Да и объекты скоро сдаём... Так что – поехали?

 

9 часов 00 минут

 

– Алексей Николаевич, вот вы строили, строили… А зачем решили еще и в политику пойти. Оно вам надо? – не удержался я от «непрофильного» вопроса.

 

Впрочем, что для депутата профильное? Что важнее?

 

– Старший сын у меня работал заместителем главы администрации Ленинского округа. И он постоянно обращался ко мне как к директору предприятия с просьбами помочь в решении социальных проблем. То какой-нибудь бабушке, то садику, то еще что-нибудь. И я решил создать свой благотворительный фонд, чтобы знать конкретно, кому и на что идут деньги. Создали фонд, стали работать – поняли, что проблемы не только в деньгах. Проблем много чисто житейских, с которыми куда бы ни обратился, а они не решаются. Пошёл в городскую Думу, избрался. Стал членом бюджетного комитета. Влиял на принятие решений по финансированию ремонта дорог, школ в Ленинском районе. Но постепенно пришел к выводу, что, как бы город худо-бедно ни решал свои вопросы, средств в бюджете на многое не хватает. Не тот уровень. Поэтому баллотировался по одномандатному округу в Законодательное Собрание. Приложил руку к тому, чтобы 300 миллионов было выделено на реконструкцию улицы Мира. И к тому еще, чтобы областной бюджет выделил деньги на строительство двух детсадов в Ново-Ленино. К ним мы еще подъедем…

 

А пока мы подьехали на улицу Советскую. Здесь, на территории детсада №127 строится здание кратковременного пребывания детей на 140 мест. Встречает нас заведующая вместе с представителями городского департамента образования: через пять дней сюда собрался приехать мэр. Хотя стройка началась только летом, сдача объекта уже вот-вот. И, в общем, почти всё готово, осталось привезти и собрать мебель. Но, вижу, Алексей Красноштанов придирчиво ведет осмотр: там трещина на стекле – заменить, там двери не отрегулированы – исправить. С начальником участка общается в шутливой форме.

 

– Никонов, – говорит, – если мы этот садик не сдадим, пойдешь на пенсию.

 

– А вы ж мне обещали, что если в срок не уложусь, то меня отсюда ногами вперед вынесут, – смущаясь, но поддерживая игру, отвечает Никонов.

 

9 часов 37 минут

 

Уже в машине, общаясь с кем-то из замов по телефону, Алексей Николаевич признался, что на второй этаж специально не пошел – стыдно перед комиссией тыкать носом своего подчиненного в недоделки:

 

– Съезди сам, все еще раз внимательно посмотрите. Если нужны дополнительные деньги – добавим.

 

Отключил трубку и обернулся к заднему сидению.

 

– О, а я про вас уже и забыл!

 

Через паузу: «Не понимаю, как так можно относиться к работе. Я уж не стал при всех говорить, что в одном месте сантехник забыл трубу сделать. Теперь отделочнику придется ломать плитку, потому что если сантехника заставить, он раскурочит все по-варварски. Не его же труд. А каково отделочнику? Ему ж обидно из-за чужого «косяка» свою работу портить, он ведь старался».

 

А я почему-то вспомнил, как обычно разговаривают на стройке…

 

– С помощью «крепкого словца» многое приходится решать?

 

– Есть такое… Иногда употребляю для связки слов. (смеется) Но вообще – хочу, конечно, от этого оказаться, считаю, что всё-таки недостойно. Хотя иногда жизнь просто заставляет…

 

Алексей Николаевич морщится:

 

– Приходится порой общаться с людьми, которые кроме мата ничего не понимают, но дома я ведь не матерюсь. Честное слово!

 

И тут он улыбается уже. Верю.

 

– Алексей Николаевич, но, быть может, все дело в сроках, люди торопятся? Зачем так быстро строить? Ведь зданию еще нужна усадка.

 

– Я вам так скажу: в принципе, в строительном деле не должно быть понятия «усадка». Если мы основание квалифицированно сделали, то есть сначала геологи правильно провели изыскание, проектировщики верно рассчитали грунты, строители в соответствии с проектом положили фундамент – то здание надо строить за полгода. Оно будет, как кубик, который положили на ровную твердую поверхность, – и никуда не денется, не усядет. От сроков качество не должно страдать. А если растягивать стройку, то это ведет к удорожанию работ, каждый год на 10–15 процентов...

 

Обо всём этом мы беседовали с Алексеем Красноштановым по пути на берегоукрепление. Что произошло там, мы уже знаем. Впрочем, на следующих объектах очевидного такого «спустяруковайства» не было. Не обнаружилось.

 

11 часов 24 минуты

 

Детсад на 220 мест в микрорайоне Союз… Завершаются отделочные работы. Играет по-социалистически бодрая такая музыка.

 

– Китайцы? – спрашиваю, глядя на рабочих.

 

– Северные корейцы.

 

– А Союз вы ведь строили совместно с другими компаниями? Как удалось найти общий язык с конкурентами?

 

– Перед нами общие задачи стоят. Это масштабный проект. Оказалось, что строить совместно выгодно очень. Чем быстрее объект сдаешь, тем скорее перейдешь на новый. Моя философия такая: у нас нет конкурентов, есть коллеги по труду.

 

Судя по тому, как чётко был построен микрорайон, – так, наверное, и есть.

 

11 часов 53 минуты

 

…Точно такой же пристрой к детскому саду, как на 1-й Советской, – но уже в Первомайском. Идет сборка мебели. Заведующая Нина Попова говорит, что уже готовится к приемке здания:

 

– Для меня главное что? Чтобы все мои пожелания строители выполняли. Тепло, светло, просторно, детям будет комфортно. Новоселье справим, после того как наберем группы. Это, наверное, в двадцатых числах декабря произойдёт.

 

Тем временем Алексей Красноштанов выяснил, что проблемки все-таки есть. Оборудование для уличных игровых площадок заказывали в Санкт-Петербурге. Пришло вовремя, но в комплектах недостает некоторых крепежных деталей. Благо, есть своя производственная база. Генеральный поручает принести необходимые образцы и загрузить в багажник своей машины. Сам завезёт в цех сегодня. А завтра к утру недостающие детали будут изготовлены и переданы на стройку.

 

12 часов 21 минута

 

17-этажная башня в Ново-Ленино. Заказчик – город. Сдача тоже в конце этого года. Где-то еще идет внутренняя отделка, а где-то рабочие уже отмывают помещения после строительных работ. Здесь будет общежитие. В каждой квартире – совмещенный санузел, застекленный балкон. Есть место с мойкой под оборудование для кухни. На полу уже лежит линолеум. Стены приготовлены для наклейки обоев – таких, которые выберет себе будущий хозяин. Или хозяйка. Или молодая пара. По договорам социального найма в этом доме получат комнаты 309 бюджетников, стоящих в очереди на получение жилья.

 

– Выгодно брать такие подряды, здесь ведь квартиры не на продажу? – спрашиваю у Алексея Николаевича.

 

– Строительство любого социального объекта малорентабельно для компании. Но мы беремся за это, порой на условиях оплаты по факту выполненных работ. То есть кредитуемся, платим проценты, которые нам никто не компенсирует. Зачем берем? Для того чтобы сохранить костяк коллектива. Ситуация в последнее время такова, что мы не развиваемся, а выживаем – не было создано условий для развития в регионе. И в этом году все-таки пришлось сократить треть коллектива. На сегодня у нас осталось 418 человек – наших, русскоговорящих. И что будет дальше, пока непонятно. Закончим в 2016 году начатые жилые комплексы, а дальше…

 

– А как же задача, поставленная новым губернатором: за два–три года увеличить строительство жилья до 1,5 миллиона квадратных метров в год?

 

– Надеюсь, что всё сложится. Мы-то готовы увеличить объемы строительства. Но это проблема не только Иркутска, а всей России: в условиях кризиса и высоких ставок ипотечных кредитов кто сможет квартиры покупать?

 

12 часов 30 минут

 

Заглянув на несколько минут на два строящихся детсада рядом с микрорайоном Березовым, заезжаем на территорию промышленной базы «ДомСтроя». Она находится в районе станции Батарейная.

 

– Толя, – обращается Алексей Николаевич к водителю, – отвези журналистов в нашу столовую, а я к себе забегу, надо бумаги подписать. Ребята, на обед всего 15 минут. В половине второго надо быть в Усолье.

 

Несмотря на обеденное время, народа в столовой мало. Цены, что ли, кусаются? Смотрю меню. Солянка – 34,90. Вторые блюда – максимум 75 рублей. Не шикуя, на сотку можно поесть. Но нам с фотографом Юрием Назыровым не в сумму, а в отведенное время надо уложиться. Успеваем.

 

12 часов 46 минут

 

Выскочили на Московский тракт. Красноштанов и я едем на заднем сидении, чтобы удобнее было общаться. Алексей Николаевич слегка зевает.

 

– Не высыпаетесь? – спрашиваю.

 

– Просто вчера очень поздно домой вернулся. Ездил в Ольхонский район – посмотреть, как идет реконструкция участка дороги Еланцы – Хужир.

 

– Подождите, но ведь с вашей фирмой прежнее областное правительство расторгло контракт на эти работы. И арбитражный суд вы вроде проиграли…

 

– Выиграли. В вышестоящей инстанции. За пару дней до второго тура губернаторских выборов. Это в Иркутске судья просто краснел, когда решение принимал, а в Чите арбитражному апелляционному суду на Ерощенко наплевать с высокой колокольни. Не надавишь.

 

– А дело было в позиции региональных властей?

 

– Конечно. Меня ведь за что с дороги сняли? Якобы работы велись без проекта производственных работ. А я эту документацию сдал заказчику на второй день после заключения контракта – под подпись! Они полтора месяца тянули резину, не знали, что делать… И я знал, что, по закону, должен выиграть суд. И Ерощенко знал. Но он надеялся, что продавит в регионе решение в свою пользу.

 

Признаюсь, мне доводилось слышать о Красноштанове разные вещи. Но непонятно было, откуда взялся конфликт с экс-губернатором…

 

– С чего всё началось? Я пришел к Слободчикову (экс-первый заместитель председателя правительства Иркутской области. – Прим. автора.) и попросил: «Объясните Сергею Владимировичу, что господин Литвин (экс-заместитель председателя правительства – министр строительства, дорожного хозяйства Иркутской области. – Прим. автора.) берет со всех 10, а потом уже и 25 процентов отката, ссылаясь на него – губернатора!». И это всё, что попросил. А через месяц у меня ту самую трассу Еланцы – Хужир отобрали. А уж когда я на сессиях стал выступать и правду ему в лицо говорить, то вообще был переведен в разряд ярых врагов. Такой менталитет у человека – везде искать врагов. Ну что с этим поделаешь!

 

13 часов 30 минут

 

Усолье, Комсомольский проспект, 47… Здесь, в нежилом помещении на первом этаже старенькой «хрущевки», встреча с активистами филиала благотворительного фонда. Садятся пить чай с печеньем.

 

– Не смогу улыбаться, пока чай не попью, – улыбается, тем не менее, Красноштанов. – Рассказывайте, чем помочь. Какие проблемы?

 

– А замечание единственное, – вступает в диалог 84-летняя Екатерина Абрамовна, – в доме живет молодежь, а в свои руки его не берет. Зайдешь в подъезд, а там дышать нечем – канализацией так и разит. Они-то – что? Утром на работу уехали, вечером вернулись. А мы, старики, весь день этим дышим.

 

– Понятно. Мы поможем вам собрать подписи жильцов дома и направим обращение к мэру, – обещает депутат и руководитель фонда. – А еще что?

 

Беседа набирает обороты. Люди рассказывают о ситуации с обеспечением лекарствами, продуктами, предлагают решения, просят помочь… Обычный, как я понимаю, разговор.

 

– Сотрудники моего фонда работают просто как активисты и помогают тем, кому это действительно надо, кому очень трудно, – объясняет Алексей Николаевич. – Организуем праздники для пенсионеров, у нас есть даже свой хор. Много внимания уделяем детскому спорту: проводим соревнования по уличному баскетболу, футболу, хоккею с шайбой. Безработица в городе серьезная, поэтому через наш филиал в Усолье хотим предложить трудоустройство водителям тяжелых грузовиков. Эти люди смогут работать вахтовым методом на строительстве дороги или возить лес с наших делян на лесоперерабатывающее производство у нас на предприятии.

 

14 часов 05 минут

 

В кафе неподалеку от филиала фонда Красноштанова начинается расширенная встреча. Приглашены городские общественники, с которыми фонд намерен тесно сотрудничать. Алексей Николаевич рассказывает о задачах и возможностях фонда, а когда выступают другие, успевает наконец-то нормально пообедать. Приехал на торжество и тот хор пенсионеров, о котором он упоминал. Праздник всё-таки.

 

Пока идет мероприятие, я изучаю одну брошюру. За годы существования фонд направил на благотворительность больше 54 миллионов рублей. Но особенно меня заинтересовало другое: на диаграмме видно, что отчисления «ДомСтроя» на счет фонда носят резко синусоидный характер. Значит, и прибыль предприятия неоднонаправленна. И у меня созрел вопрос, который я решил задать Алексею Николаевичу по пути в Иркутск. Но прежде попросил заехать в один из усольских дворов – в этом городе уже появились горки, на которых написано: «Фонд Красноштанова – детям». А почему не пофотографировать их?

 

16 часов 07 минут

 

– Алексей Николаевич, вам не кажется, что ваша жизнь похожа на катание с горок?

 

– Почему?

 

Показываю Красноштанову диаграмму в буклете…

 

– А, вы о колебаниях прибыли... Это не показатель нашей успешности, если разобраться! Это не значит, что в тот год, когда уменьшилась прибыль, мы выполнили меньший объем работ, а потом, когда прибыль возросла – больший. Наоборот: там, где прибыль вроде бы снизилась, мы как раз могли сработать гораздо результативней и создать задел на следующий год…

 

Обдумываю этот ответ и замечаю, что… Алексей Николаевич уже задремал. Больше не буду мучить его вопросами. В 17:00 у него еще планерка на своем предприятии. А в 18:30 – встреча в администрации Иркутска. По садикам.

 

Zapatillas de baloncesto Nik Григорий Падерин

Иркутские кулуары

МНЕ НРАВИТСЯ «ИРКУТСКИЕ КУЛУАРЫ» ОТСУТСТВИЕМ НАЗИДАТЕЛЬНОСТИ И ВОЗМОЖНОСТЬЮ САМОСТОЯТЕЛЬНО СФОРМИРОВАТЬ СВОЕ МНЕНИЕ, И ЕЩЁ УМЕНИЕМ НЕОЖИДАННЫМ ОБРАЗОМ ОСВЕЩАТЬ ПРИВЫЧНОЕ

Татьяна Медведева, медиатор

Air Jordan