вверх
Сегодня: 01.02.23
4.png

Журналы

Интимные места на пропитом глобусе

 

 

К русскому кино принято относиться, как к погоде: ну что поделаешь, если у нас и с погодой, и с кино так себе… В принципе, ничего страшного, поменьше обращать на это внимания – и всего делов-то. Уж какое есть кино – такое и есть. Российская киноиндустрия мучительно напоминает наше же автомобилестроение: ну да, хуже мировых высокотехнологичных образцов, но, во-первых, неприлично такой большой и – по крайней мере по самовнушению – даже великой державе не иметь своего автомобилестроения, а во-вторых – и у «Лады Калины» есть свои пользователи и даже большие любители. Впрочем, как раз с коммерческими фильмами в последнее время ситуация налаживается: регулярно выходят новогодние комедии, разные «елки», «дозоры», продолжения советских кинохитов. Кто-то на эти фильмы ходит, кто-то – как я например – нет.

 

Но осенью 2013 года, кажется, с русским кино начало что-то происходить, появился какой-то новый интерес – и прежде всего, скажем так, к некоммерческим фильмам. Фильмы-призеры «Кинотавра» вдруг стали обсуждать больше обычного, киношники задышали шумнее, критики застрочили, в блогах пошли круги... Сначала я подумал, что одна из причин возникновения этого нового интереса – сверхактивная политика нашего государства в области культуры и нравственности: тут и многочисленные дурацкие законы, и усиление контроля за госзаказом в кинопроизводстве, и обращение наиболее ярких госпропагандистов к нравственной теме, и инициатива о принятии «Этической хартии кинематографиста», и так далее. Меня всегда радует, когда государство вдруг, очнувшись, стремится плодотворно повлиять на культуру и нравственность: значит, жди неожиданностей в кинематографе и вообще в культуре, ибо ничто так не стимулирует творческую фантазию художника, как элегантные телодвижения родного государства в посудной лавке культуры и нравственности. Поэтому едва забрезжил на горизонте выход в прокат фильмов-победителей «Кинотавра» – я понял: надо смотреть.

 

Собственно, два победителя этого фестиваля и стали для меня главными кинособытиями этой осени (а может, и всего 2013 года). Это «Интимные места» Натальи Меркуловой и Алексея Чупова и «Географ глобус пропил» Александра Велединского. Конечно, есть еще неожиданно грустная драматическая комедия «Горько!», несомненная удача кинофабрики Бекмамбетова, обманчиво прикидывавшаяся в рекламе простой «пьянкой со Светлаковым», а также «Сталинград» Бондарчука. Но в «Горько!» был слишком очевиден конъюнктурный расчет заманить зрителя на комедию, ну а там показать ему нечто все-таки другое, так что промоушен фильма содержит элементы пусть и благой, но все-таки разводки «кассы ради». И такое недоверие к зрителю несколько снижает градус восторга. Что же касается «Сталинграда» – Бондарчук один из наших лучших профессионалов, к тому же наиболее михалково мыслящий, так что его фильм – больше по части госполитики в области культуры. В прокате он идет как ураган, Минкульт доволен, все прекрасно. Мне же интереснее фильмы, возникновение которых стало возможным все-таки в результате какого-то творческого импульса помимо животворящего госзаказа.

 

«Интимные места» сняли бывшая иркутянка Наталья Меркулова и ее спутник Алексей Чупов. «Интимные места» получили на «Кинотавре» сразу два приза: картина – «За лучший дебют», а исполнительница роли чиновницы, отвечающей за нравственность, Юлия Ауг – за лучшую женскую роль. С фильмом с самого начала стали происходить какие-то странности. Во время конкурсного показа на «Кинотавре» дважды отключалось электричество (чего не было никогда за все годы). Затем от проката картины стали отказываться города и отдельные кинотеатры (фильму отказали в прокате в Новгороде, Нижнем Тагиле, Рыбинске, Саранске). К картине в публикациях прессы прочно приклеился ярлык «скандальная». Естественно, прокатчики стремились использовать эти новости с фронта в целях промоушена – но, забегая вперед, можно сказать, что картина прошла ожидаемо, как и проходит у нас в прокате обычно фильм, выпущенный небольшим количеством копий (200 штук), – не лучше прочих, но и не хуже. Скандальность не помогла фильму увеличить кассу, но и не уменьшила ее.

 

«Интимные места» – фильм легкий, даже смешной, без пафоса и суемудрия, он просто о том, что все люди по-своему трогательны, одновременно счастливы и несчастны. О том, что «норма» в такой хрупкой сфере, как сфера желаний, – это химера: человеческие фантазии и желания сильнее «нормы». Авторы любят своих героев, но смотрят на них без лишней сентиментальности. Главное ощущение, которое остается от картины: она очень свободная, сделанная без оглядки авторов на что-либо, кроме собственного внутреннего ощущения того, как надо. И это ощущение авторской свободы, свободного взгляда, остающееся от картины, – делает ее по-настоящему обаятельной и теплой. Я просмеялся весь фильм – но это был смех «от узнавания», а не от экранно-киношных шуточек.

 

Чиновница, чикающая ножницами по мировому кинематографу, а сама думающая только о сексе и набирающая в магазине гору батареек для вибратора, – это трогательно, и в ее изображении нет никакой плоской разоблачительной сатиры. Жена генерала полиции, пришедшая к модному фотографу, фотографирующему половые органы (дорого), чтобы сделать фотографию в подарок мужу, – это трогательно. Задумчивый психотерапевт, дающий запутавшимся друзьям взвешенные разумные советы, а сам… Муж, неожиданно для себя влюбившийся в любовника жены… Отец семейства, запретивший себе глазеть на симпатичных – и неожиданно бесповоротно запавший на страшненьких… Это трогательно, грустно, но это и смешно. И такое сочетание, даже не сочетание, а слияние, единство грустного, смешного, нелепого и возвышенного – дорогого стоит. И каким же прекрасным фейерверком смотрелись многочисленные рецензии с претензиями к фильму, с упреками во вторичности, устарелости темы «голых задниц», слабости в сравнении с западными фильмами такого плана и так далее. Так и должно быть: пусть в прессе и в Интернете фильм хлещут и полощут: если фильм стоящий, ругань отлично работает дровишками, разжигающими твой разум в поисках аргументов в пользу фильма. Так что «нехай клевещут»!

 

И еще, фильм очень московский, в нем замечательно показана Москва: огромный, неуютный, промозглый стеклянный муравейник с небом, затянутым вечными облаками.

 

Во время иркутского пресс-показа фильма, кстати, произошел забавный и очень показательный эпизод. В фильме одна из главных героинь фильма, та самая чиновница из комиссии по нравственности, в ответ на робкие возражения защитников киноискусства говорит им: «Вы все лишнее – вырежьте. А искусство – оставьте!» И вот после показа фильма, во время обсуждения, одна из журналисток, вполне юная особа, вдруг говорит: «В фильме много лишнего, смотришь и думаешь: вот это можно было вырезать, вот это, вот это...» И просто напрашивалась финальная фраза для ее выступления: «А искусство – оставить!». Когда фильм так продолжается в зрительном зале – это всегда лишнее доказательство, что он попал в точку.

 

Вторая лента, победившая на «Кинотавре» и получившая Главный приз фестиваля, – это «Географ глобус пропил» Александра Велединского с Константином Хабенским в главной роли. В прокате он идет вполне удачно, надеюсь, что не только затраты отобьются, а даже будет и прибыль. Мне кажется, что этот фильм не столько продукт могучего творческого гения режиссера, сколько продукт режиссера Велединского, продемонстрировавшего нечто более важное, чем простой режиссерский талант: интуицию.

 

Прежде всего, он угадал с материалом и с героем. Угадал случайно: подготовительный и съемочный процессы шли много лет, и так уж совпало, что фильм про географа-аутсайдера вышел в прокат в стране, в которой слово «успех» не только повсеместно фигурирует в названиях прачечных и парикмахерских, но стало наливаться уже каким-то высоким государственным смыслом. А в эпоху каждого очередного вставания с колен аутсайдер всегда становится любимым персонажем (вспомним героев Петра Алейникова, игравшего аутсайдеров, правда, чудесно перевоспитывающихся в конце фильмов, но любимых народом не за это). Так что, схватившись нажимать на «успех», госпропаганда невольно подыграла фильму про неуспешного географа.

 

Во-вторых, Велединский адски угадал с кастингом. Начиная с Хабенского, сыгравшего одну из лучших, думаю, своих ролей. Далее – прекрасны все исполнительницы женских ролей: и гениально сыгравшая жену героя Елена Лядова, и Анна Уколова в роли любвеобильной «подруги дома», и Евгения Брик в роли учительницы немецкого, и даже Агриппина Стеклова в почти эпизодической роли завуча. Везде – поразительное, почти физическое «попадание» в роль. Наконец, выбор на роль 17-летней Маши юной актрисы Анфисы Черных – это просто джек-пот. Анфиса Черных сыграла влюбленную в главного героя Машу просто здорово, одновременно сдержанно и темпераментно, да и вообще она невероятно красивая и, кажется, тонкая и умная актриса. Ну и напоследок – очень хороши в фильме дети. Подобранные, что заметно, «под типажи», они, тем не менее, оказались органичными и естественными, а сцены с детьми в школе и в походе – лучшими в фильме. Кстати говоря, школа (не только в фильме – в жизни) – это вообще особое место, самое эротическое и самое человечески-открытое, но и самое непрозрачное из всех возможных. Отношения между детьми, отношения между учениками и учителями – это сложный мир, где все вроде на виду, но главное никогда не произносится и незаметно на первый взгляд. Велединскому удалось приоткрыть двери в этот мир в своем фильме, как бы заново открыть школу для кинематографа. И во многом – благодаря очень удачному выбору актеров-детей.

 

То есть в каком-то смысле Велединскому повезло, но везет тому, кто везет. Он, как режиссер, оказался на высоте и сделал свою работу, как несомненный профи. И снял фильм, разговоры о котором продолжаются спустя недели после выхода на экран. Поэтому некоторые справедливые нарекания по части собственно режиссуры, сценария, того, сего – оставим специалистам. «Географ глобус пропил» – это, как и советские «Полеты во сне и наяву» (неслучайна прямая цитата оттуда в сцене несостоявшегося падения Служкина с балкона), – история всё про то же: про взрослого мужика, который сползает по наклонной бетонной скользкой стене жизни, скользит вниз, к неминуемому ее концу. И прекрасно осознает, что не за что схватиться, не за что зацепиться: ни углубления, ни уступа – остается только медленно скользить вниз... Главное – Машу семнадцатилетнюю с собой не утащить, а так – можно жить. Да, Хабенский сыграл неудачника, попивающего рохлю, по женской классификации – слабохарактерного... Но при этом – дядьку бескомпромиссного и цельного, который напивается, но не подличает. А куда сейчас с этой цельностью, когда кругом сплошной успех? Цельность – качество по жизни бесполезное, неконвертируемое. Неслучайно режиссер, промаявшись с таким героем два часа, так и не придумал, куда ж ему пристроить мужика, как с ним быть, куда его двинуть? Не придумал – и сунул его руку в ладошку маленькой дочке в одной из последних сцен. Уж та куда-нибудь да выведет папку.

 

У «Интимных мест» и у «Географ глобус пропил» есть одно общее симпатичное качество: их довольно сложно пересказать, как-то исчерпывающе объяснить. Они, как и положено хорошему кино, оказались «больше», чем то, чего добивались их создатели. И даже то, что в них недоделано или сделано не совсем гладко, – мне не мешает. Понятно, что в нашем сегодняшнем кино такие фильмы вряд ли станут мейнстримом. В нашем кино – при помощи минкульта и лично товарища министра – уже прокладывают магистральные железнодорожные пути в правильных направлениях: и в Сталинград, и в гагаринский космос, и в сказочную хоккейную страну, и вообще в тридевятое царство наших великих побед над всеми и вся. Но, как и полагается большой стране и большой культуре, вдали от этих железных магистралей всегда будут немагистральные, заповедные, интимные места, и всегда найдутся географы, которые отведут туда тех, кому интересны живые люди и живое кино, а не только красивые картонные фигурки героев в натуральную величину.

 

 

Владимир Демчиков

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

ЕСЛИ ЧЕСТНО, ТО ЖУРНАЛ МНЕ НЕ ПОНРАВИЛСЯ. СЛИШКОМ ЗАМУДРЁНО ТАМ ВСЕ НАПИСАНО. ТАКОЕ ОЩУЩЕНИЕ, ЧТО ЕГО ПИШУТ ТОЛЬКО ДЛЯ ТЕХ, КТО ВО ВЛАСТИ НАШЕЙ СИДИТ.

Людмила Селиванова, продавец книжного киоска, пенсионер

Air Jordan 1