вверх
Сегодня: 22.07.24
4.png

История про то, как далеко можно зайти

 

 

 

Скажем сразу: изначально предполагалось назвать этот материал «История про то, как далеко можно зайти». Но! Герой интервью в ходе согласования его речи сообщил об особом желании. Нескромном, естественно. Вот что он заявил:
– У меня есть шанс навязать вам заголовок, который я мечтаю использовать уже в течение лет десяти? Для чего угодно использовать. Хоть для чего.
– Какой? – мрачно ответил главный редактор журнала, который страшно любит, прям обожает, когда ему пытаются что-то навязать.
– «Глиняные Гномы Гингемы»!
– ???
– Но можно же сделать приписку, что редакция не представляет, что имеется в виду, и не несёт ответственности – соответственно.
И мы подумали: а почему бы и нет?! В конце концов, ответственности за героев своих материалов редакция действительно не несёт…

------------------------------------------------------------------------------

Глиняные Гномы Гингемы

…Когда одним подзабытым днём один известный иркутско-санкт-петербургский и немного московский монтажёр и по совместительству вечный экспериментатор Роман Гаврилин решил познакомиться с такой новомодной штукой, как нейросети, мир побагровел – позеленел – посинел, начал пульсировать и менять тона, постепенно превращаясь во вселенную отражений. В тот момент наш герой поймал флешбэк, который отбросил его к когда-то прочитанным страницам романа Роджера Желязны «Хроники Амбера». Где связь с литературой, чем способна ошарашить эта технология даже искушенного художника и как она меняет творческое пространство, мы и выяснили...

– Рома, объясни простыми словами несведущим людям, что такое нейросети и чем они могут быть полезны?
– Это некая математическая модель, построенная по принципу организации и функционирования биологических нейронных сетей – сетей нервных клеток живого организма. Это вот тебе прямо из «вики» определение – ничего сверх этого я не скажу, потому что сам не особенно понимаю. Нейронки можно натаскать на определённые задачи. Рисование с помощью нейронки – это частный случай, далеко не самый важный, ведь применять её можно и для написания программ, компьютерного кода, статей, докладов, дайджестов, для более сложного и разветвлённого поиска по Сети, распознавания объектов, для чего угодно, что имеет определённые законы.

 

 


– Рисование, быть может, не главная в жизни вещь, однако весьма нужная – она однозначно преображает пространство! Какие изображения можно создать с помощью нейросети?
– Отмечу, что очень большую долю среди тех, кто увлечён нейросетями, занимают различные анимешники, хентайщики, откровенные порнушники. Соответственно, они рисуют всякие манги, фэнтези-мэнтези и прочее добро. Их понять можно – у всех свои приколы. Однако с помощью этой штуки можно создавать действительно потрясающие вещи.

– Какие возможности в художественном плане есть у нейросети и как ты решился их познать? Сложно ли было разобраться?
– Просто стало интересно, как это всё в принципе работает. Я попросил знакомого, который в этом мало-мальски разбирается, установить на компьютер один из генераторов – он поставил Stable Diffusion, показал основы, после чего я начал сам потихоньку врубаться, как всё устроено.
Итак, как создается изображение? Для начала формируется некий запрос с использованием ключевых слов – описывается то, что должно быть на картинке, например, «чувак ест пирожок». Затем в работу включается машина.
Если рассматривать данный процесс с математической точки зрения, то стоит вспомнить такое понятие, как «сид» – это с английского переводится как «зерно». И они обычно, когда начинаешь что-то генерировать, выдаются рандомно, то есть тебе выбрасывают случайное зерно. С их помощью создается шум – некая чёрно-белая «карта», потихоньку превращающаяся во что-то осмысленное. Это похоже на помехи в телевизоре, которые, возвращаясь к изображению, становятся плотнее – постепенно угадываются отдельные образы, после чего возникает картинка. Соответственно, конечный результат, как правило, является непредсказуемым.
При этом кое-какие понравившиеся вещи можно зафиксировать: например, мы создаём зелёного человечка, пьющего воду из гранатомета – нам понравился выданный машиной образ, и мы можем ей сказать: «А давай-ка на этом сиде задержимся», поскольку сиды имеют вполне конкретные номера в генераторе этих сидов. И мы говорим – работаем с таким-то номером. Изображение запоминается, после чего можно его доработать – например, отрегулировать размеры человечка и другие детали, выстроить композицию.
Более того, есть возможность отладить цветовую гамму и выбрать стиль. Положим, рисунок вышел слишком завитушечным: чтобы это исправить, начинаешь убирать различные параметры или, наоборот, добавлять. Правки можно вносить на уровне текстовых запросов, а также с помощью ползунков и крутилок.
Стоит отметить, что нейросети имеют и некий культурный бэкграунд. Ты можешь ей сказать: «Родченко» или «Русский авангард начала XX века», и она будет пытаться что-то изобразить.
Трудно ли во всем разобраться? По большому счёту я и не пытаюсь разобраться, я пытаюсь научиться направлять в интересную мне сторону.

 



– И всё-таки со стороны простого обывателя могу сказать, что не такая уж и лёгкая штука – эти нейросети. Столько нюансов! Возникает закономерный вопрос: чтобы рисовать с помощью искусственного интеллекта, нужны ли какие-нибудь профессиональные навыки, вкус, в конце-то концов? Есть ли у тебя самого художественное образование, необходимо ли оно в этом деле?
– Специализированного образования у меня нет, да оно тут не особо-то и нужно. Ведь нейросети как раз компенсируют его нехватку, а также определённых навыков. К слову, мне мой лучший друг, художник Максим Ушаков, всегда говорил, что я умею рисовать. Но я понимал, что это он может так говорить, умея рисовать. Мне же на деле не хватает элементарной техники. И когда я увидел все эти Midjourney и прочие вещи, понял – это то, о чём я всегда мечтал. Ведь даже если ты что-то придумал, но вырисовать нормально не можешь, происходит облом. А инструментарий нейросети помогает довести задуманное до ума.
Что касается вкуса, то таковой нужен всегда – он ведёт человека, позволяет выбрать и создать что-то действительно интересное. Хотя полное отсутствие вкуса – тоже своеобразный вкус… В целом это вещь довольно субъективная. По мне, например, у тех, кто рисует хентайных баб, со вкусом не очень. А им наверняка кажется, что наоборот.
К слову о бабах! Когда я увидел, что в большинстве своём делают люди, то был очень разочарован. В основном в нейросетях рисуют девок с большими глазами и титюнами. Может, это конечно, угарно, но везде одно и то же. В тот момент я подумал, что народ просто не пользуется огромными ресурсами! Чудовищно неясно, зачем делать такие картинки, если можно создавать какие-то более сложные вещи, детальные, уникальные, непостижимые!

– К слову, видела некоторых девчонок, которых создаёшь ты, – они хороши! Особенно понравились рыжие с кудряшками – будто героини полотен! Но наверняка не с них всё началось. Расскажи про первый запрос для нейросети. Каким он был, что из этого вышло?
– Мой первый запрос был running man – «бегущий человек». Я создал порядка тысячи вариаций: делал его в разных стилях, цветах. В какой-то момент он превратился в графику, потом добавил к запросу тэг Дюрер, и везде стала появляться комета с его известного рисунка. Затем человек уже и не бежал вовсе, потом превратился в какие-то непонятные столбы и так далее. Всё это настолько мистически выглядит… И меня влечет именно сам путь, который преодолевается в процессе работы. Я ведь не хочу к чему-то конкретному прийти – допускаю, что людям как раз это не нужно, потому что они хотят чего-то определённого. А я – нет. Мне нравится не понимать, что перед тобой будет. В этом и прелесть подобной дряни! Получаются непонятные вещи, иногда очень угарные, от которых уже можно отталкиваться и двигаться дальше.
Работа с нейросетью в этом смысле удивительным образом отражает те чувства, которые я испытывал, когда читал роман Желязны «Хроники Амбера». Одно из ключевых понятий в этой книге – путешествие по отражениям. Есть некий центр вселенной – это государство Амбер, все остальные миры так или иначе являются его тенями. А люди, имеющие королевскую кровь, могут путешествовать по этим пространствам и возвращаться обратно. И когда ты идёшь через отражения, всё потихоньку меняется, например, кирпич может стать зеленым, автомобиль превратиться в немножко другой, и постепенно мир меняется в соответствии с тем, куда тебе нужно прийти. Так вот когда я увидел нейросеть, я испытал то же самое, что и во время прочтения произведения. Смотрел и не верил своим глазам, что проживаю аналогичную историю, но в реальности!
Мне нравится это состояние, нравится сама по себе работа, которая не предполагает точно известного результата. Элемент загадки, непредсказуемости лично меня и привлекает. Если я знаю точно, что получится – ну, клёво, нарисую это, а в чем волшебство? А нейросети – история о природе неизведанного и о том, как далеко можно зайти.

 



– А как далеко планируешь зайти ты? Есть ли в планах сделать увлечение нейросетями чем-то большим, нежели просто хобби?
– Конечно, хотелось бы его сделать чем-то более глубоким – чем конкретно, пока думаю. Например, принты на футболки. Вот ты пойдёшь в такой футболке по городу – и что? Есть у кого-то такая? Нет такой ни у кого! Понимаешь?

– Ещё как, звучит круто, интригующе, волнующе! Кстати, есть ещё одна вещь, которая меня лично беспокоит, – это будущее нейросетей. Как считаешь, стоит ли их побаиваться, например, художникам? Вдруг их заменят? И что вообще нас ждёт впереди?
– Думаю, что в первую очередь они коснутся дизайнеров, которых уже и так во многом заменяют. Но вместе с тем нейросети могут им и пригодиться – это мощный инструмент, оружие, которое можно использовать где угодно, если с ним разобраться.
Что касается будущего в целом, то трудно представить, каким оно будет. С одной стороны, нейросети – это натурально клёво, тут есть дохренища возможностей. С другой – они так интенсивно развиваются, что скоро совершенно будет неясно, скажем, какие фото или видео подлинные, а какие – подделка. Пройдёт ещё несколько лет, и любой сможет показать тебе, как ты, например, орангутанга убил в прошлом году. И никак не поймёшь, что это неправда, ни по каким признакам, всё будет настолько достоверно!
Когда-то ведь и существование каких-нибудь вирусов, которые могут угробить автомобиль или сжечь компьютер, казалось забавным и непонятным. А сейчас – пожалуйста! Все это есть!
Также в настоящее время может смешной выглядеть мысль, что сгенерированный где-то там, предположим, пряничный домик в какой-то момент окажется вживе перед тобой на столе! А кто его знает? А вдруг? Никто. Будущее – загадка! Вот такие дела.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


Общалась Юлия Котышева



Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

-Нельзя сказать, что "Иркутские кулуары" мы воспринимаем, как единственный источник информации, но то, что он заставляет взглянуть на привычные события под другим углом, это да. Это журнал, который интересно именно читать, а не привычно пролистывать, как многие современные издания. Не всегда мнения авторов созвучны твоему собственному ощущению, но определенно, позволяют увидеть многое из того, мимо чего сами бы прошли не останавливаясь. Бесспорно, "Иркутские кулуары" удачное продолжение телевизионного проекта "В кулуарах", который придумал и талантливо реализовал Андрей Фомин.

 

Андрей Хоменко, профессор, ректор ИрГУПС