Аркадий Стародубцев. The ONE…

Так-то он – профессиональный пианист и педагог. Но многие знают и любят его как виртуозного ведущего разных вечеров и вечеринок, как заводилу и весельчака. Он фонтанирует идеями и, что самое удивительное, часто доводит их до воплощения – в нашем-то ватном городе. А недавно он стал еще вдруг главным редактором нового журнала. Вот уж непонятно: ну это-то ему зачем?

Наш разговор мы начали всё-таки с… сольфеджио. Грех обойти стороной такую важную тему. Да и слово, надо признать, красивое!

– Знаете, я с детства сольфеджио не любил. Терпеть не мог. А теперь понимаю, что всё не зря происходит в жизни.

– Почему же?

– Оказывается, слух у меня гармонический, и не напрасно мне его развивали в музыкальной школе, в институте. Теперь я могу не просто подобрать и сыграть на фортепиано любую мелодию, я легко импровизирую – и это доставляет радость!

– А в жизни это как-то помогает?

– Честно сказать… да! Я многое делаю на импровизации. Конечно, можно просчитать какой-то бизнес-проект, запустить его и злиться потом, что всё идёт не так, как ты просчитал. А я по-другому мыслю: даже если по деньгам случается какой-то минус, то ты всё равно знаешь, что сделал нечто, у тебя уже есть продукт.

– И вот самый свежий, как я понимаю, ваш продукт – журнал «TheONE». Такое пафосное, надо сказать, название, с претензией. Оно как переводится? «Тот самый», кажется, или что-то в этом роде?

– Да, вы правы. Но почему бы претензии и не быть? Мы ставим перед собой задачу писать именно о «тех самых»: о людях, которые что-то представляют из себя – и могут это доказать, о событиях, которые действительно интересны, и о проблемах, решить которые важно в первую очередь. А это серьезная задача, особенно учитывая то, что мы сознательно ушли от скептического настроя по отношению к людям, событиям и проблемам…

– И называете себя первым позитивным журналом… Я видел этот слоган у вас!

– И мы его не скрываем, смею вас заверить.

– Но это же что тогда – закрывание глаз на недостатки нашей жизни и сплошные комплименты друг другу?

– Вы путаете позитивность с подхалимажем, свойственным гламуру. Мы глянцевый журнал, но не гламурный – это я хотел бы написать 18-м кеглем и подчеркнуть! Гламур – для самолюбования, для поглаживания себя, любимого, по разным частям тела и приговаривания при этом: «Ай, да я! Ай, да…»

– Сукин сын?

– Вот-вот! А мы – для поиска всего того, что может помочь кому-то, помочь обществу, что ценно или способно стать ценным для кого-то как конструктивный опыт, как пример, как направление действия. Читателям, да нам всем нужны хорошие новости – все устали от чернухи.

– А также от желтизны и серости.

– Конечно! Мы пишем для ярких, активных людей и… для тех, кто хочет стать ярким, хочет реализовать себя на полную катушку, как говорится.

– Допустим, мы тоже – для ярких.

– Ну, вы вообще каким-то уникальным путём идёте! Хотя у вас ирония иногда слишком, как мне кажется, злая бывает. Жёсткая такая – не каждому по силам воспринять её спокойно. И потом все-таки формат-то у вас поменьше, поменьше. А у нас – А4+. И тираж больше – 8 тысяч экземпляров! И, кстати, если мы заявляем, что печатаем столько, то это так и есть – в отличие от тех же гламурных журналов мы не лукавим. И готовы пожурить коллег за лукавство с тиражами – прямо и без желания обидеть: просто мы должны быть абсолютно честны перед читателями.

– Прямота и честность – это хорошие качества, кто ж будет спорить! Но вот как вы на практике собираетесь в вашем первом позитивном кого-то критиковать? Или все-таки хвалить всех будете?

– Нет, только хвалить мы, конечно, не будем. Если всё и всех хвалить, то к чему тогда стремиться? Будем критиковать, но в этом ведь тоже есть свой позитив. Если бы всё было классно, с плюсом, то мы бы и жили тогда, наверное, по-другому. Но даже в самых непозитивных новостях есть что-то хорошее.

– «Слава Богу, это случилось не с нами»?

– Да, как минимум. Но главное: если мы знаем о проблеме, представляем её масштабы, трезво оцениваем опасность – это уже классно, это уже правильно, на мой взгляд. И это совершенно позитивно по сути. Тогда в наших силах что-то исправить, если это не стихия, конечно. Ну, даже если и стихия, нужно понимать – значит, где-то у нас был прокол. Можем ли мы повлиять – и через большую политику в том числе – чтоб реки вспять не повернулись? Или чтоб очередной участок леса не продали китайцам?

– А вы что, в политику собрались?

– Сегодня вы уже 15-ый человек, который у меня спросил, для чего делается наш журнал и не собираюсь ли я в политику… Вот до сих пор я не хотел в политику. А сейчас вдруг подумал: а почему бы и нет? Почему кто-то может решать какие-то вопросы за меня? Ведь, на самом деле, мне уже 40 лет и достаточно опыта, чтобы разбираться в людях, в проблемах. Есть, помимо этого, чувство долга и совесть, что немаловажно, между прочим – это не для красного словца сказано. И почему я не могу защищать наших бабушек-дедушек, подростков – самых беззащитных в нашем обществе людей? Меня беспокоит их судьба – на самом деле. Поэтому будем говорить о проблемах и тех, кто их создает, и, наоборот, о тех, кто их решает. Нормальных людей надо поддерживать – я убежден в этом! – и со страниц прессы, и по жизни. Вот и подумал: почему бы не пойти в политику? И если учредители нашего журнала пока ею не интересуются, то скоро, думаю, заинтересуются. Решено: будем журналом, который так или иначе влияет на дальнейшее развитие нашего общества. Хотя бы в пределах Иркутска, региона, Сибирского федерального округа…

– А учредители-то у вас кто? Кто вообще за журналом стоит?

– Скажем так: учредители журнала – это бизнесмены, люди с активной гражданской, общественной позицией, если хотите. Они не прячутся от происходящего, не укрываются за заборами, они в гуще событий – и хотят, чтоб жизнь в Иркутске стала лучше.

– Достойное желание. И как вы собираетесь его осуществлять через журнал? Журнал – это же просто пачка бумаги. Хорошей, правда, финской, лощёной. Но – бумаги.

– Не скажите. Меня, например, часто переспрашивают, когда я рассказываю, что собираемся ввести рубрику «Мои авторитеты», – дескать, чего-чего? Почему-то иркутяне уверены, что она непременно должна иметь отношение к криминальному миру и касаться авторитетов уголовных.

– Совершенно не удивляюсь!

– А ведь, в отличие от кумиров шоу-биза, актеров и «светских подонков», которым нас заставляют поклоняться гламурные журналы, «авторитеты по жизни» – это по-настоящему, по делу уважаемые люди, у которых есть чему поучиться. Причём поучиться не марку автомобиля выбирать, не бриллианты носить или сапоги со стразами, а – жить. Перед кумиром, как перед идолом, преклоняются. У авторитета берут лучшие качества и используют в своей практике взаимоотношений с коллегами, в семье, со всем миром.

– А у вас есть авторитеты?

– Конечно! Это мой отец, мой дед – в нашей семье мы на них равняемся. А кто-то берёт пример с писателя, художника, политического деятеля или мудреца какого-нибудь. Вот о таких достойных людях, которые дают нам толчок в развитии, мы и пишем в нашем журнале. И вообще, у нас в Иркутске просто миллион талантливых людей…

– Миллион при населении областного центра в 600 с небольшим тысяч?

– А как вы посчитали, что взяли за основу? Я, например, талантлив в пяти лицах, а вы, возможно, в десяти. Вот вам уже многократное увеличение числа талантов на нас двоих! Безусловно, мы пишем и о жителях других городов и стран – нельзя же замыкаться только на себе, но 90 процентов журнала – о тех событиях, которые происходят в Иркутске. Правда, есть у нас категория граждан, которые считают, что мы живём в селе, мы далеки от цивилизации, и всё, что делается в Иркутске – колхоз, сельпо.

– Да-да! Вот как будто в Москве зато…

– А Москва – что? Тот же Коля Басков – обычный парень. Анфиса Чехова – тётя из Рязани. Просто из них сделали кумиров. А мы в рамках своего журнала можем сделать примером для подражания других людей с другими ценностями.

– Чувствую, что роль главного редактора журнала вам нравится… Это интереснее, чем даже руководить собственным продюсерским центром?

– Это очень ответственно. Сейчас-то я понимаю, чтО взвалил на себя – наверное, где-то я даже и не рассчитывал на такое. Знаете, как всегда: мы сначала сделаем – а потом начинаем изучать, как же все-таки сделали-то? Считаем, прикидываем…

– А может, и хорошо, что не считаем сразу, иначе могли бы и не взяться за дело, и не узнать всех радостей импровизации.

– Скорей всего, так и должно происходить. Последние лет пять я вообще думал, куда мне пойти учиться, чем – заниматься. А ситуация сложилась так, что за последние три месяца я прошёл невероятный курс менеджмента, психологии, всей этой журнальной и журналистской работы. Я кинул сам себя «делать творчество», организовывать производство с чистого листа, и… это жёстко! Какие-то вещи проявляются такие, на которые в жизни никогда не обращал внимания: картинка, цвет, шрифт, колонтитулы – читатели воспринимают всё как должное, а для нас это порой нелегкая работа. Теперь курс обучения мой – с семи утра до часу ночи непрерывно, и куча новой информации. Конечно, у меня есть отличные учителя, я им благодарен. И понимаю, что всё только начинается. Борьба за хорошую литературу, хороший слог, хороших журналистов, хорошие материалы, за те события, о которых мы будем говорить. Главное, что у авторов есть возможность в нашем журнале высказывать своё собственное мнение.

– Сильно раздражает, когда журнал ругают?

– Поверьте, не раздражает абсолютно! Людей задело, что-то зацепило – это самое главное, по большому счёту. А то, что не нравлюсь я или что-то в журнале, – это всё очень субъективно. И я это прекрасно понимаю. Правда, когда первый номер первого позитивного журнала «TheONE» вышел, меня так начали со всех сторон долбать – не то что позитив какой-то, а совсем наоборот. Но знающие люди сказали: «Забудь про него. Делай следующий. Журнал – это не факт, это процесс!» А я поначалу просто не понимал, как это – забыть? Ещё только пошли разговоры, какие-то слухи до меня доходят, начинает всё бурлить вокруг потихоньку. На днях вон приехал на встречу, а мне говорят: «А мы видели ваш журнал, так классно! Это вы? – Это я! – Круто!»… Но сейчас начал понимать, наконец, что журнал – это действительно и второй, и третий, и сотый номер. И нам надо сделать этот сотый, а потом будет время переживать. Так что всё идет нормально!

– Тогда пожелайте что-нибудь от себя и коллектива вашего журнала «TheONE» читателям!

– Хочу, чтобы все дорожили конструктивным отношением к жизни, к окружающему миру, друг к другу, чтобы все были «на позитиве». У меня даже статус такой на сайте Одноклассники стоит, я смотрю, что люди жмут-жмут – за последние 3 дня 74 человека нажали «Класс!». Ну то есть – согласны. Давайте будем менять жизнь к лучшему. И менять не разрушая, а созидая. Желаю бодрости духа, чтобы все знали, что завтра в любом случае наступит следующий день, и солнце взойдёт.

– Хотя бы до конца света 2012 года.

– Да ладно вам о грустном. Не будет никакого конца света. Всё зависит от каждого из нас: что ты поставишь перед собой в качестве задачи, цели для достижения – то и будет. То самое!

Пытал с особой предвзятостью

Антон Закорецкий