вверх
Сегодня: 04.02.23
1.png

Журналы

Золотой эксперимент, или Как оставить след в истории…

Хвалить вообще – трудно. Тем более, как вы знаете, для нашего журнала. Но в случае с Иркутским ювелирным заводом хвалить оказалось проще простого – есть за что хвалить. И есть кого – за это за что!

 

Всякий эксперимент имеет свой результат. Вопрос только в том, что не всегда этот результат положительный, и уж совсем далеко не всегда – выдающийся. Результатов высокой пробы достигают вообще единицы. Это нормально – лучшие из лучших должны быть. Иначе не самым лучшим к чему стремиться?

Кстати, хороший вопрос: к чему стремиться? Он же расширяется в такую плоскость: какие цели ставить, чтобы..? А вот продолжение у каждого будет свое: кто-то желает добраться до вершины, кто-то копает как можно глубже, а кому-то и целого мира мало.

– Покорить весь мир! – смеется Евгений Борзых в ответ на мой вопрос о перспективных целях Иркутского ювелирного завода, потом приводит в пример Стива Джобса, который сделал такое, чего до него не было, чем, собственно, мир и покорил. А это означает, что покорить мир до сих пор возможно – несмотря на то что, казалось бы, все-все уже придумано.

Ну чего нового можно придумать в ювелирке? Вот золото, вот бриллиант, вот технология – бери и делай.

Как говорится, легко сказать…

Нынешним летом Иркутский ювелирный завод переехал в новое здание. В свое. Чем весь коллектив доволен безмерно, а директор Евгений Борзых еще и горд. Очередной этап пройден, еще на одну ступеньку поднялись, еще один рубеж взяли. Но стали ли ближе к цели – тот еще вопрос. Здесь ведь как в любом серьезном деле: остановился, почил на лаврах – значит, откатился назад. Еще Льюис Кэрролл этот феномен описал: надо как можно быстрее идти, чтобы хотя бы остаться на месте.

Но у Иркутского ювелирного завода главная перспективная цель несколько иная.

– Хочется, чтобы Ювелирный завод вошел в иркутскую историю, – говорит Евгений Владимирович, – И чтобы город мог заводом гордиться: есть в Иркутске свое собственное ювелирное производство, и производство отличное.

Вот такое кредо. Вот такие профессиональные претензии.

С претензиями у Евгения Борзых все нормально. Достаточно вспомнить, как все начиналось.

В 1993-м году выпускник Якутского госуниверситета приехал в Иркутск. Время было сами помните какое, это, однако, не помешало Борзых придумать амбициозную идею – создать в Иркутске по-настоящему серьезное ювелирное производство. На заводе «Сибирский Сувенир» Евгений познакомился с Людмилой Петровной Викторовской, которая идею поддержала. А дальше было семь лет подготовки (и моральной, и технической), потому что за пять минут такое сложное производство не организовать.

10 апреля 2000 года учредители получили регистрационное свидетельство, подтверждающее, что Иркутский экспериментальный ювелирный завод существует, есть, наличествует, готов быть и выдавать «на-гора».

Правда, завод – это не только и не столько бумаги и разрешительные документы. Завод – это в первую очередь собственно производство.

– Мы начинали на Российской – в арендованном помещении. 150 «квадратов», три комнаты, из которых лишь две были с окнами. Бухгалтерия размещалась в коридоре, – вспоминает Евгений Владимирович, – В Якутске мы купили частично неработающее оборудование – новое нам было не под силу, отремонтировали его своими силами. Штихеля, шрауб-кугель и прочие специальные инструменты приобрели в Санкт-Петербурге.

В августе того же года Иркутский экспериментальный ювелирный завод в Восточно-Сибирской государственной инспекции пробирного надзора в Красноярске получил разрешение на работу с драгоценными металлами.

– А где его, металл, было взять? Кто его даст только что созданному предприятию, которое еще никак себя не проявило? Поэтому работники завода принесли свои украшения, которые пустили в переплавку. Именно так завод сделал первые изделия.

В молодое предприятие, которое имело четкий продуманный план своего развития, поверили в городской администрации, в комитете по экономике и финансам. И завод смог получить средства под низкие проценты и на длительный срок. Помогло и ОАО «Туймаада Даймонд», которое выделило беспроцентный товарно-сырьевой кредит в виде бриллиантов. А первым крупным заказчиком стала старательская артель «Лена». И закипело, как говорят в подобных случаях…

Уже к октябрю завод подготовил первую партию собственных изделий для апробирования в Инспекции пробирного надзора. Волновались страшно, несмотря на то что готовились очень тщательно, и все перепроверили не единожды. Все изделия прошли проверку и получили государственное клеймо. Потом только на заводе узнали, что Иркутский ювелирный изрядно удивил пробиреров, потому что все изделия перед отправкой были полностью обработаны и даже отполированы. Действительно серьезный, мастерский подход!

Учиться приходилось всему и прямо в процессе работы. Для начала – отсутствовала современная нормативная база производства ювелирных украшений. Интернет, книги, помощь друзей из Якутии, которые взяли на стажировку мастера Алексея Бонько… Оборот драгоценных металлов и производство ювелирных изделий требуют строгого соблюдения многочисленных законов, постановлений, инструкций. Потому пришлось осваивать не только технологии, но и документооборот, разрабатывать внутренние инструкции, налаживать систему учета и отчетности. Учились постоянно и работали – по двадцать часов в сутки. Но, наверное, только так и можно было поднять производство. Это понимали, потому никто и не жаловался.

– У нас подобрался замечательный коллектив. И то, что мы смогли наладить производство, в этом большая заслуга людей, – рассказывает директор. – На заводе изначально сложилась дружеская атмосфера взаимопонимания, поддержки, стремления научиться новому делу как можно быстрее и лучше. И вот эта единая нацеленность на результат помогала в преодолении трудностей очень сильно, очень. Сегодня, оглядываясь назад, я вижу: когда возникали какие-то, казалось бы, неразрешимые проблемы или кажущиеся непреодолимыми препятствия, люди не сдавались. И – тут-то что-то менялось к лучшему: обязательно появлялись новые заказы, работа, а значит, и возможность зарабатывать…

Завод рос. Увеличивались объемы производства, приходили новые люди.

– Учеников берем с улицы, и приходит много – остается мало, – жалуется Борзых. – Бытует ведь странное мнение, что у ювелира работа «непыльная».

– А на самом деле?

– А на самом деле – это не табуретку сделать: не получилась ножка – возьмем да и новую поставим. Технологический процесс очень сложный, и права на ошибку практически нет. Допустил неточность – все целиком переделывай.

Сложность еще и в том, что специалистов ювелирного производства на территории бывшего СССР готовили в одном-единственном месте – в Красном Селе, что под Костромой. Отправляли своего человека туда и иркутяне, но… остались не очень довольны, как признается Евгений Владимирович. Пришлось после этого учить самим.

Учиться на заводе есть у кого. Например, ювелир Антон Манжелей – обладатель Ордена Карла Фаберже, который получают заслуженные деятели декоративно-прикладного искусства. Да не все подряд, причем, а особо отличившиеся – те, кто не просто «делает изделие», а самые настоящие произведения искусства. Такое мастерство дано не каждому, но уж если дано, тогда появляются на свет такие вещи, от которых глаз не отвести.

Сегодня то, что создают (другого слова не подберешь!) на Иркутском ювелирном заводе как раз попадает под эту категорию: хочется рассматривать долго и пристально, подмечая детали, поворачивать и так и этак, любоваться и удивляться. Даже скептик признает: не заметить этого нельзя! И свидетельством тому не только дипломы, награды и звания, которые коллектив получил за десятилетие деятельности, но и сама востребованность наград, создаваемых на заводе. Такой вот круговорот наград в природе. Сегодня лишь крупных заказчиков у Иркутского ювелирного завода более пятидесяти. А это само по себе круто, не так ли!?

– Евгений Владимирович, а почему из названия ушло слово экспериментальный? Раньше ведь вы назывались – Иркутский экспериментальный ювелирный завод?

– Когда мы начинали, это был эксперимент в чистом виде: знания, чего греха таить, поверхностные, умения и навыки минимальные, но при этом огромное желание работать и энтузиазм, который придавал уверенности в своих силах. Сейчас уже можно сказать другое: у нас – получилось, эксперимент удался. Сегодня завод – крупнейший производитель ювелирных изделий в Иркутске и Иркутской области. Налицо квалифицированные кадры, и их мы готовим сами. Стратегические задачи определены, современное технологическое оборудование появилось, а желание работать не пропало – более того, скорее, оно даже усилилось...

В мае 2009 года объем переработанного на Иркутском ювелирном заводе металла превысил тонну. Сегодня среднемесячный выпуск продукции из золота и серебра составляет более тринадцати килограммов. Можно было бы сказать: «тринадцать килограммов красоты». Но звучит, как мне кажется, все-таки слишком пафосно. В мире ювелиров такую прикладную красоту называют просто – изделие. И в этом слове действительно больше чего-то понятного, во всяком случае, в нем кроется другое очень важное слово – «дело»…

Путь от эксперимента до дела на Иркутском ювелирном заводе пройден. Путь пройден, а движение продолжается. И разве не именно так можно оставить свой след в истории?

 

تخفيضات

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

"ЛЮБОПЫТНЫЙ У ВАС ЖУРНАЛ. ГОСТИ ИНТЕРЕСНЫЕ, СУЖДЕНИЯ, УМОЗАКЛЮЧЕНИЯ, С КОТОРЫМИ Я, КОНЕЧНО, РЕДКО СОГЛАШАЮСЬ, НО ДЕЛО ДАЖЕ НЕ В ЭТОМ... ОНИ ДАЮТ ВОЗМОЖНОСТЬ ПОДИСКУТИРОВАТЬ! А ТАК, ЧТОБЫ ОТКРОВЕННО ЧТО-ТО НЕ НРАВИЛОСЬ, - НЕТУ ТАКОГО."

Вячеслав Дормидонов, заместитель председателя Контрольно-счетной палаты Иркутской области

Nike Air Jordan 1 Retro