Возрастное

Сначала, как и положено, придумался заголовок. Правда, был он а ля знаменитая пунктуационная шарада «казнить нельзя помиловать». «Возраст Ноя». Или – «Возраст (ноя)». Как посмотреть…

Что же Ной? Десятое поколение от Адама, он родился в 1056 году от Сотворения мира и прожил, как и было положено в те давние времена, 950 лет. К началу потопа ему было шестьсот, и стариком он себя не ощущал! Чего уж мне ныть в свои сорок с хвостиком…

Есть у меня приятели – супружеская пара: он старше её на три года. Когда ему исполнилось сорок, в подарок от благоверной он получил стариковские (как ему показалось) тапочки – и задумал месть. Три года он вынашивал ПЛАН и наконец в заветный час – ровно в денрожденную полночь – он разбудил супругу со словами: ну и как ты себя чувствуешь на ПЯТОМ десятке??. Теперь она готовит ответный ход – держит, само собой, в тайне, но мне уже любопытно.

Я без малого два года как на пятом десятке. И что могу сказать за эту облаву? «Скажи – Беня знает за облаву…» Хоть и не в строчку, зато процитировать Бабеля – это же наше все!

«Забудьте на время, что на носу у вас очки, а в душе осень». Когда тебе слегка за сорок, так или иначе, но у тебя в душе – осень. Потому что как нельзя быть немножко беременной, так нельзя после сорока не быть на пятом десятке. Такова простая и понятная арифметика человеческого возраста.

Свои сорок я ощутила примерно в тридцать восемь, когда поняла, что время стало «шевелить колготками» всё более активно. И там, где я сама перешла на неспешный шаг, перестав бегать за уходящим троллейбусом, оно, время, наоборот – пустилось, и порой даже вприпрыжку.

Это было странное чувство. Выразить его можно было простенькой растерянной фразой-вопросом: и чего? Точнее так: и – чего?!! Если ещё совсем недавно вся жизнь была впереди, и планы можно было планировать, а разговоры разговаривать бесконечно, то теперь вдруг пришло понимание, что планы могут так и остаться планами, а разговоры – очень часто заканчиваются на полуслове… Когда ты похоронил четверых одноклассников, ты уже осторожнее относишься к некоторым вещам.

Короче говоря, в районе принесенных на сорокином хвосте сорока ты вдруг… оглядываешься. Потому что оказывается (ну, тут я говорю только про себя), что пришла пора подводить промежуточные итоги. Да-да, «чтобы не было мучительно больно», «когда я итожу то, что прожил».

А к итогам вторым блюдом идут планы. Уже не наполеоновские, а простенькие такие планы, без затей и фантасмагорий. Ты уже не хочешь абстрактный миллион долларов, но четко осознаёшь, что надо бы сто тысяч рублей: у тебя уже не так много времени на разноцветные фантазии, а сто тысяч ты потратишь на свадьбу. Не на свою, конечно. Дети-то подросли… А своя у тебя на носу – только уже серебряная и… бабелевская осень в душе.

Ну вот такая я бабель, что поделаешь…

Это только мои сорок с хвостиком. Как мамы двадцатидвухлетнего старшего, получающего паспорт среднего и третьеклассника-младшенького.

«Ты не тащи детей в тексты. Хватит ужо!» – посоветовал мне старинный друг. И он прав – как мужчина, человек и пароход. Но я-то – из серии входящих в избу и тормозящих коня, у меня все измерения в детях: путч ассоциируется с первой беременностью, черный август 98-го – с началом второй, а в 2011-м важнее было то, что младший пошёл в первый класс, а не то, что Иркутску – 350.

Это то, на что я оглядываюсь. А всматриваясь вперед, я вижу, что когда младший окончит школу, мне будет – дай Бог – всего-то пятьдесят. И жизнь, подозреваю я, в очередной раз только начнется. Как началась она совсем недавно – в мои сорок. Это, конечно, не ноевы шестьсот.

Так ведь я и не ною!