Юлия Котышева

Эта наша жизнь все чаще напоминает мне ресторан, а скорее – даже бар, в котором фигурируют самые разнокалиберные персонажи. Кто-то приходит сюда, чтобы попросту выпить или покурить, закрыть свое лицо шарфом, стремясь всеми силами быть незамеченным, укутаться в свои страхи, предрассудки и нежелание открыться этому миру. Такие обычно облачаются в черное, сидят с краю за столиками, пьют свой коньяк, чай или деласи, украдкой наблюдают за происходящим, шепчутся. Они похожи на замершие фигуры, скульптуры, вокруг которых беспрестанно кипит действо, взрываются эмоции и проносится музыка. Эти фантомы постепенно сливаются с мебелью и, дождавшись своего утра, незамеченными покидают заведение. Другие же ведут себя иначе, врываются в помещение в звонких нарядах и становятся участниками забойного представления, бьют посуду, пляшут у всех на виду, поют на сцене, заразительно смеются, замечая всех и никого одновременно. Они бесцеремонно и непритворно делают шоу, разыгрывают роли, пускай временами переигрывая. Такие фигуранты ощущают весь водоворот событий, создают вихрь, чувствуют сопричастность. Пожалуй, неплохо в таком неоднозначном месте найти себя, свое амплуа или кресло. Я, например, не стремлюсь отсиживаться за столом, мне противен вкус внутреннего замирания, когда весь мир движется, а ты всего лишь зритель, наблюдатель или, если хотите, созерцатель. Куда важнее покипеть в гуще многоликой яви, вовлечься в это лицедейство и даже придумать несколько своих па или, быть может, даже песен. Пускай останутся после меня. Может, сидящие за столом тоже когда-нибудь захотят спеть?