вверх
Сегодня: 27.05.19
2.png

Журналы

Трек до востребования, или Почему в Иркутске не звучат песни местных авторов?

Местные музыканты – неисправимые идеалисты. Если не верите, убедитесь сами: многие из них тщат себя надеждой, что придет продюсер и сделает то, чего они сами как люди творческие сделать не могут, то есть займется их раскруткой. А значит, зазвучат они на радио, на телевидении, и о них наконец заговорят. Но продюсеры – в полном смысле этого слова продюсеры – почему-то в Иркутске не появляются, как… и собственно шоу-бизнес в традиционном его понимании. И творчество местных авторов не часто встретишь в радио- и телеэфире. «Иркутские кулуары» заинтересовались, отчего так? И решили провести эксперимент...

 

По данным экспертов, количество музыкальных коллективов в Иркутске колеблется в районе трех сотен. Это только действующих, сколько же их было да сгинуло у нас всего – неизвестно. Кто-то из музыкантов имеет в творческой копилке одну–две собственных песни, кто-то – целый альбом, а то и не один. Но если спросить у среднестатистического иркутянина, не имеющего отношения к музыкальной тусовке, кого из них он знает, то окажется, что в Иркутске действуют один, два, максимум три коллектива, один из которых при этом уже уехал или распался.

Ветеран местной сцены Вадим Мышкин давно смирился с участью музыканта-провинциала, хотя раньше (как, пожалуй, и все) мечтал о славе, пел в успешном ансамбле и даже гастролировал.

– У нас действуют порядка семи профессиональных студий звукозаписи, – делится своими размышлениями Вадим. – Я не считаю домашние, которые тоже порой делают музыку на весьма приличном уровне, – все они производят некий продукт, в лучшем случае он попадет куда-то в Интернет. А в основном все это складывается в стол. У меня, в принципе, есть 8 песен, записанных в соответствующем качестве, но я не знаю, что мне с ними делать. Да, наверно, уже и смысла нет никакого что-то делать…

Музыканты помоложе, конечно, верят в Интернет. Надо же во что-то верить! Хотя нам кажется, что только очень немногие иркутяне будут специально искать местную музыку. Неслучайно даже качественные иркутские музыкальные ролики в ютубе набирают не более нескольких сотен просмотров. Видимо, смотрят исключительно знакомые да родственники. И это, в свою очередь, означает, что нет той волны общественного интереса. Нет! Объективный факт. И поднять, «разогнать» её тоже некому. В принципе сделать это можно с помощью теле- и радиоэфиров. Но пока что в Иркутске стабильно интерес к творчеству местных музыкантов поддерживают лишь фестивали, многие из которых сами переживают не лучшие времена.

 

До новых встреч в эфире!

Понять электронные СМИ трудно. На федеральном уровне многие телекомпании, радиостанции поднялись именно на программах об отечественной музыке. А музыкальные теле- и радиоведущие превратились в суперзвезд, которых приглашают в кино и даже… в политику. То же самое наверняка могло бы произойти и в рамках нашего, отдельно взятого региона – на соответствующем уровне, возьмись наши электронные СМИ пропагандировать местную музыку. Более того, теоретически говоря, они могли бы с помощью музыки местного производства сплотить и воодушевить не только музыкальную общественность города, но и молодежь, создав таким образом некое уникальное сообщество. Ведь именно молодежь является основным слушателем и ценителем творчества местных тружеников микрофона и медиатора. И именно она нуждается в подтверждении того тезиса, что Иркутск – это город больших возможностей. Подтверждения с помощью конкретных примеров успешности, в данном случае – музыкантов и групп.

Однако все попытки делать на иркутском телевидении и радио музыкальную программу «про своих» заканчиваются, по нелепой закономерности, как раз в тот момент, когда проекты эти становятся на ноги и обретают постоянную аудиторию. Музыкальный критик Василий Кучеренко вспоминает один из таких случаев:

– Была такая передача на «Муз-ТВ Иркутск», уже 5 лет как почившая в бозе, – «Музыкальная среда». «Среда» имелась в виду во всех смыслах: и как день недели (выходила она по средам), и как среда общения. Это была полноценная передача на 1,5 часа каждую неделю, рассказывающая о музыкальной жизни Иркутска: от фолка до джаза – то есть обо всем. Работал канал с 2004 по 2007 годы, потом закрылся, и, соответственно, передача ушла вместе с ним с экранов. Это были талантливые ребята, многие из которых сейчас работают в Москве.

Конечно, с закрытием местного музыкального канала музыкальная жизнь Иркутска не остановилась. Таланты и поклонники продолжали находить друг друга все больше в Интернете и на фестивалях. Тем не менее проблема местного телевещания обозначилась достаточно четко. И справедливости ради надо отметить, что от неё пострадали не только любители музыки.

Правда, два года назад показалось, что решение проблемы было (будет) найдено – интернет-телевидение. Инициатором этого проекта стал один из иркутских интернет-провайдеров – «Виаком». Коллектив телекомпании состоял преимущественно из студентов. Они кроме прочего выпускали передачу «Живой концерт», содержание которой соответствовало названию. Весть об этом быстро разнеслась среди музыкантов – ведь попасть туда могла практически любая группа. Проект набирал обороты, но в феврале этого года был свернут из-за проблем на самом «Виакоме».

– Основными потребителями интернет-услуг является молодежь, – рассказывает бывшая ведущая «Живого концерта» Ирина Садовникова. – Так же, как и творчества местных групп. И такая программа, при условии регулярных выходов, могла аккумулировать вокруг «Виакома» некоторую целевую аудиторию. Что и произошло. Но, видимо, этого оказалось недостаточно, плюс проблемы самого канала. Может, маркетинговый отдел не сработал должным образом… Но их тоже можно понять – интернет-телевидение для многих все ещё остается чем-то непонятным и несерьезным.

Выпуски «Живого концерта» по сей день находятся в Сети. А значит, программа продолжает существовать в виде архива, и – продолжает знакомить с музыкальной средой Иркутска неофитов от музыки. Но она не производит ничего нового, а значит, все-таки, по сути мертва – в том смысле, что не может, как прежде, сообщать актуальную информацию и быть рупором, или, лучше сказать, свободным микрофоном музыкальной общественности нашего города.

– Хотя вышло порядка сорока выпусков программы, она отнюдь себя не исчерпала,

считает Ирина. – Первое время, после того как программу закрыли, был вал сообщений «ВКонтакте», вопрос один и тот же – «Что с программой?». Я просто в какой-то момент перестала на них отвечать… Так что аудитория у нас была. В зависимости от музыкального коллектива мы набирали до 5000 просмотров только в первые сутки после выкладывания в Сеть. Жаль, что этого больше нет.

При этом, конечно, нужно иметь в виду, что вопрос звучания или не звучания местной музыки шире проблем существования специализированных программ и каналов. Ведь музыка – это такая же часть нашей жизни, как и все остальное, как спорт, например. И каждый из нас сам волен решать, замечать её существование или нет. Таким образом, все зависит от нашей позиции и, учитывая развитие электронных СМИ, – чем дальше, тем сильней.

 

Почему нет?

По большому счету, все мы в той или иной степени выбираем музыку, которая звучит вокруг нас, либо как обычные потребители – нажатием кнопок на пульте или, скажем, на магнитоле, либо как люди, обслуживающие общественный вкус: программные директора, радиодиджеи, продюсеры и телеведущие и т.д. Чтобы понять первых, нужно как минимум провести социологическое исследование на тему отношения к местной музыке, со вторыми проще – им можно задать соответствующие вопросы напрямую. Что мы и сделали.

Сначала задали вопросы Денису Кирякову, ведущему телевизионного реалити-шоу «7 нот». Нас прежде всего интересовало, почему в конкурсе местных исполнителей не было сочинений местных авторов.

– Тут есть несколько моментов, – объясняет Денис. – Во-первых, у местных авторов фонограммы низкого качества, часто это записи, сделанные на одном синтезаторе, во-вторых, сами конкурсанты старались брать те песни, которые на слуху, потому что ими легче раскачать публику. Были достаточно показательные примеры, когда два человека вышли со своими песнями – и публика поначалу не знала, как реагировать. Только после третьего исполнения одной и той же песни был более-менее теплый прием.

Создатели программы «7 нот» на своем опыте почувствовали, что значит «раскрутить» песню. Быть может, это удивительное открытие натолкнет их на мысль если не продвижения, то хотя бы – поддержки местных авторов. Что для телекомпании с неограниченным собственным эфирным временем было бы точно беспроигрышным вариантом. Даже неспециалисты в области телевидения знают, что сделать плохую передачу о музыке практически нереально. И, не исключено, тогда в иркутской музыкальной и творческой среде «АИСТ» перестал бы считаться некой вещью в себе. Пока считается…

Впрочем, некоторые подвижки в этом плане в телекомпании уже видны.

– В этом телевизионном сезоне передачи, посвященной музыке иркутских авторов, не будет, – рассказывает Киряков. – А вот в следующем может быть. Во всяком случае, сейчас такая возможность изучается. Кроме того, мы планируем в ближайшее время запустить конкурс авторов-исполнителей в утреннем шоу «Барабан».

У генерального продюсера медиахолдинга «АС Байкал ТВ» Романа Синтоцкого свой взгляд на проблему отсутствия в эфире творчества местных авторов. Фактически для него этой проблемы просто не существует:

– Я не согласен с тем, что творчество наших музыкантов у нас не звучит. Есть пример песни «Иркутск» Андрея Ляхова на 350-летие – мы её каждые два часа крутили на АС-FM, подобный опыт был также с новогодними песнями местных авторов.Есть определенный дресс-код, то есть «одежда» музыки должна соответствовать тем передачам, в которых она появляется, есть также определенные требования к качеству записей. Если музыка всему этому соответствует, мы с удовольствием берем её в эфир. Ну а просто навязывать музыку, пусть и местную, но плохого качества… Зачем?

Телепродюсер не стал называть слово «формат», хотя признал, что имел в виду именно его. Наверное, чтобы не вызывать стереотипных реакций, типа «формат задолбал». Тем не менее, далеко не всем местным авторам в пору музыкальные одежды в понимании Синтоцкого, да и не только его. Так, многие медиаменеджеры практически не признают рок-музыку, а это, несомненно, большинство местных молодежных команд.

Причина банальна: все ссылаются на некие рейтинги, а рейтинги якобы твердят, что наибольшей популярностью в нашем городе пользуются радиостанции, транслирующие электронную музыку. При этом сравнить степень популярности клубной музыки и рока на деле просто невозможно, так как у нас нет радиостанций, ориентированных на последний вид музыки. Хотя порассуждать можно. Правда, рассуждения эти приведут к осознанию непреложного факта: на российском музыкальном олимпе традиционно столичным продуктом считаются попсовики, ну а рокеры – это продукт как раз региональный. И кому как не региону раскручивать рок? Раскручивать бы.

– Можно раскрутить местную группу, – продолжает рассуждение Роман Синтоцкий, – есть же примеры «Мумий Тролля» из Владивостока и «Чайфа» из Екатеринбурга. Я подсчитывал: это стоит на первое время 10 млн рублей. И я готов был вложить эти деньги в одну из местных групп, но не получилось... И, думаю, всё, что мешает местным музыкантам раскрутиться, так это комплекс провинциальности, неверие в то, что может что-то получиться… Наверное, так…

 

Хит-эксперимент

Так или не так, или не совсем так – мы решили выяснить на собственном опыте. Совершенно случайно в моих руках оказалась песня местного автора, записанная в студийном качестве. Нравилась она практически всем, кто её слышал, а слышали её, наверное, человек пятьсот. Может, даже больше. И многим трек нравился (и нравится) всерьез, по-взрослому. То есть песня является потенциальным хитом. И мы, заручившись согласием авторов и исполнителей, попробовали этот потенциальный хит пристроить куда-нибудь…

На радио меня встретили более чем доброжелательно, только что ковровую дорожку не постелили, и то, наверное, не постелили исключительно потому, что общение происходило по телефону. В общем, мне продемонстрировали абсолютное уважение к человеку искусства (представился я, естественно, музыкантом). От радийщиков я, кстати, узнал, что до меня свои песни им предлагали разные иркутские ребята и девчата, а в эфир попали только «Самолет денег» и группа «38». Объяснили мне, что попали они из-за того, что записи были качественными и соответствовали формату радиостанции, понравились её работникам и еще… удачно прошли согласование с Москвой.

Есть, оказывается, такой нюанс во взаимоотношениях радиостанций. Одни – те, что в столицах, предоставляют контент, а те, что в регионах, им пользуются за определенную плату и на определенных условиях, в том числе условия эти касаются размещения сочинений местных авторов. Весь этот процесс не очень приятен, но необходим. Правда, меня заверили, что согласование с Москвой должно пройти довольно быстро и совсем не больно. Тем более что наш потенциальный хит всем-всем здесь понравился!

И завертелось… Как будто всерьез. Опишу хронологию событий…

Июль: я обращаюсь с просьбой разместить песню, она подходит по формату и нравится работникам радиостанции, её отправляют в Москву. Обещают позвонить, как только будет ясно.

Середина августа: звоню на радио – мне по-прежнему рады, а Москва не отвечает, видимо, все в отпусках.

Конец августа: звоню на радио – «у нас много дел, а Москва все молчит».

Начало сентября: снова звоню на радио – «мы вас помним, надо позвонить в Москву».

Начало сентября через неделю: опять звоню на радио – «мы общались со столичным программным директором, он объяснил, что если ответа от Москвы не было, значит, вопрос еще не решен, какие-то люди не собрались и песню не послушали. Как-то так… А вообще, у нас в Иркутске много дел: у нас уволился ведущий, сейчас всей радиостанцией ищем нового. А вы просто сидите и ждите звонка! Ладно?».

Ладно. А куда ж я денусь? Понимаю только, что всё совсем не ладно. Что случилось с моей песней в закоулках московских дирекций и на компьютерах радийных боссов, я не узнал и, видимо, теперь не узнаю. Возможно, мою песню, и правда, никто не слушал или послушал первые секунд десять – да и удалил к чертям кошачьим. А может, песню тупо «украл» какой-нибудь продюсер – модный, настоящий, тот, который должен кого-то раскручивать и раскручивает. Чего только не передумаешь, ожидая ответа…

А наш эксперимент с потенциальным хитом мы считаем на этом оконченным и… совершенно отчетливо всё показывающим и доказывающим. Или однажды солнечным (обязательно солнечным!) утром раздастся долгоупорножданный телефонный звонок и… А?

 

Артем Световостоков



Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Другие материалы автора

ТЯЖЕЛОВАТЫЙ У ВАС ЖУРНАЛ ДЛЯ ВОСПРИЯТИЯ. МНОГО О ПОЛИТИКЕ ПИШЕТЕ И ОЧЕНЬ СЛОЖНО.

Марина Попова, преподаватель русского языка и литературы